Оборотень по объявлению. Тень

Я только сейчас припомнила, что брат все реже встречался со своим Лисенком и все больше проводил времени в зале для тренировок. Но я думала, он хочет в совершенстве овладеть ментальной силой, а тут вот оно что.

— Давай потом поговорим, — шепнула я брату.

— Да все уже сказали. Надо Лину найти.

Я кивнула. Верно, сначала надо спасти подругу, а потом уже все остальное.

Подойдя к Сене, я еще раз обернулась и посмотрела в спину уходящему брату. Впервые видела его таким поникшим.

Ох, а как же Лисенок?

Во мне поднялась волна сочувствия.

Так вот что ощущали все сверхи по отношению к Тени?

Я посмотрела на водонапорку. Раньше, когда Тень уходил, он всегда убирал один камень из кладки, чтобы дать мне знать. Теперь же камень будто намертво впаялся в стену. Наемник мне больше не сигналил о своем положении, но почему-то я была уверена, что его нет дома.

— Пошли! — Я ухватилась за ручку входной двери и нажала на нее.

— Ядрен батон! — Сеня первым залетел внутрь.

Если бы Тень увидел, что Сеня делал в его логове хладнокровного наемника, как минимум переехал бы, а как максимум — сделал бы из Ядрен Батона тухлую грушу.

Медолис перетрогал все, даже люстру в виде штурвала со свечами. Сфотографировался даже с пылью в углу. Надкусил стол, откусил край чашки и съел все печенье в пылу восторга и даже не заметил.

— Ты сюда не на экскурсию пришел! — напомнила в который раз я.

— Все равно он узнает, что я здесь был, ядрен батон. Надо взять максимум!

И он брал! Полежал на кровати, покачался на кожаном кресле (которое до него не было креслом-качалкой, а потом стало) и даже оставил автограф на бумаге на рабочем столе.

Останавливать его было невозможно. Это как остановить стихию! Просто бесполезно.

— Ты не забыл, что мы пришли за зацепками, а не оставлять следы преступления?

— Не могу, ядрен батон! Это сильнее меня.

— Поняла. Я тебя потеряла. Но это моя ошибка. Я же знала, какой ты бешеный фанат.

Пришлось осматриваться одной.

Наемник всегда жил так, будто в любую секунду готов съехать — минимум личных вещей, никаких безделушек. Обстановка красивая, уютная, но безликая, как в гостиничном номере. И все равно я видела след наемника даже в смятой подушке. Он любил спать на самом краю, на углу, а вся остальная подушка всегда стояла колом, как сейчас.