Попаданку приглашали?

Тёплые дружественные отношения виделись создателям воплощённым в жёлтом золоте, страсть в розовом, а верность в платине, которую потом заменили на белое золото.

Увидев американца, я сразу поняла, что парень непростой, следивший за модой и при деньгах. Да другие в те времена к нам и не приезжали. А мы-то думали, что все они там такие – образованные, надушенные, стильные и всё такое. А они это отлично секли и пользовались нашим прекраснодушием, кто как мог.

— Рада вас видеть в столице, Мистер Холмс.

Я Исидора.

— О! – воскликнул мой гость, — вы американка, что ли?

— Нет, я русская, корни мои из Рязани, и меня назвали в честь бабушки. У нас с вами плотный график встреч, готова к работе.

Про Рязань он не понял, но это к делу не имело отношения. Американцу приставили чёрную Волгу и водителя Славу, который сразу начал у меня клянчить, чтобы я выпросила у гостя несколько центов для коллекции, жвачку и ремень, который был у гостя в штанах, если тот согласится его обменять на наш советский солдатский.

Слава был меня постарше, и решил, что имеет дело не со стреляным воробьём, прошедшим не только полжизни, но и два портала, а с двадцатилетней свиристелью, наивной и исполнительной, не вылезающей из учебников.

— Слава, ещё одна такая идиотская просьба, унижающая наше национальное достоинство, и я позвоню, куда следует, - огрызнулась я, когда он в третий раз мне напомнил про ремень.

Я даже обратила внимание на этот самый ремень с пряжкой «Данхилл», тоже толком ещё не разбиравшись в люксовых брендах, но вполне себе реально оценив его примерную стоимость, то есть «дорого».

— Откуда вас только набрали таких идейных, — тявкнул Слава, но прикусил язык и тему выгодного «чейнджа» больше не поднимал, а наоборот старался со мной подружиться.

Целый день мы ездили по каким-то встречам, связанным с продуктами питания, поставками зерна, кукурузы, сои, даже мыла. Встречались, обменивались любезностями с чиновниками, пили кофе-чай, фотографировались и передавали приветы знакомым.

На олимпийские соревнования американец не пошёл, хотя у него имелся пропуск в Лужники на две персоны. К восьми часам я привезла его обратно, он любезно со мной распрощался и мы договорились встретиться на следующий день в два часа дня опять в лобби гостиницы.

Домой мне было нельзя, да я бы и не пошла. Портал был в другом векторе, как обычно.