Великая месть Пигалицы

Хотя попробовать поговорить, действительно, необходимо. Я ведь вполне самостоятельная и отвечающая за решения личность. Ага! Поэтому и тащусь сейчас за руку по тропинке в сад. Пока вот так перемещались, оглянулась: да мало мне кухарки с горничной в кустах! У дома на хозяйственном крыльце еще и Ситринг с Бумом. Стоят на пару в горделивых позах. Называются такие позы: «Мужчины грозно бдят». Н-да. Галина укатила, однако число цирковых артистов неизменно.

За этими подсчетами и размышлениями я не заметила, как в почти танцевальном развороте… о-оп.

- Гантер, а ну-ка, отпусти, - но, меня еще сильней прижали грудью к твердому мужскому торсу. А ведь когда-то я считала хамство подобное «смелою игрой». И, кстати, поощряемой весьма. Но, это лишь «когда-то». – Гантер!

- Я по тебе скучал.

О-о! Ну надо же, какой эмоцией он овладел! Наверное, тренировался перед зеркалом. Есть у него одно большое в спальне… В спальне. Что он, вообще, такое ртом своим со мной творит?

- Фу-ух. Гантер! – и, изловчившись, стратегически уперлась левым локтем в его солнечную чакру.

Пробить не пробью, но больно ткну. И надо было трость с собою взять. И, в конце концов, где Ивуся со своей штандартной шваброй? – Ты ведь хотел поговорить со мной?

- Хотел, - мужчина тоже с толком изловчился. Так, что я оказалась вновь прижатой, но теперь к нему спиной. – Ты жажда моя. Жажда нескончаемая, Эрментруда.

- Хватит. Я ритуальные эти песнопенья больше слушать не хочу. И-и… Гантер.., - шея моя при его стараньях быстро оголилась, правая рука моя сама собою потянулась вверх, легко прошлась по его шевелюре, частью сбритой и… с душой рванула за волосы.

– Если ты сейчас же не прекратишь, я позову сюда охрану.

- Эрми, я понял. Отпусти.

Я отпустила. А мужчина вмиг преобразился: сюртук свой форменный расправил, головой поводил туда-сюда и взгляд у него, вдруг, сделался такой… такой воспитательно-отцовский. Хотя мой папа такого себе никогда не позволял.

- Давай поговорим, - произнес он с трагичным вздохом.

- Давай! – а вот у меня получилось, как всегда, пискляво, даже истерично.

- Да-авай! По поводу твоей охраны.

Не прокатило, значит. Чуяла моя душа!

- А что? А у-у… У меня постоянно редкие работы по заказам. И вот, как раз вчера, да, именно вчера один из них…

- Я это тоже знаю, Эрментруда. Про «именно вчера» мне ночью минувшей как раз и доложили.

- И почему, позволь узнать? – ага, самое время возмутиться. – Какое я имею отношение к комтурии, занимающейся взятками и казнокрадством?

- Никакого.