В здешних краях или Как жить душа в душу и умереть в один день

                Писатель встал с кровати и сделал прощальный жест.

- Я улетаю, - пояснил он. – Живите без меня вместе. Живите безмятежно и будьте счастливы. Я вот только чемодан заберу.

                И он полез было целоваться, но смутился и передумал.

- Стойте! – вдруг воскликнула Синичкина. – Подождите. Тут Саяпов хочет вам что-то сказать.

6.

                Они подождали минут двадцать, пока Саяпов проявлялся в главу семьи. Мама даже перестала шумно прихлёбывать и стала прислушиваться.

- Вот что я тебе скажу, - сказал Саяпов, поправляя волосы на руках (при проявлении их частенько курчавило). – Любовь должна быть превыше чести и смерти. И превыше разных там кодексов, положено оно или не положено. Любовь должна быть, пускай с ручками или без ручек, но должна быть.

                Чуть ли не минуту они стояли друг напротив друга и молчали. Саяпов незаметно почёсывал локоть.

- И что это значит? – спросил Писатель, прерывая молчание.

- Мы летим с тобой, - просто объяснил Саяпов.

                Писатель заметно опешил.

- У меня нет внуков, - сказал он растерянно.

- Будут, - твёрдо пообещал Саяпов.

- Как же так? – ещё больше растерялся Писатель. – У нас же тесно, и воздух совсем не такой, как в Здешних Краях, Центр же, сами же понимаете, и не зовут там уже давно никого и никуда. Мама опять же будет ругаться, да и Альбиночка вряд ли обрадуется.

                Вдруг солнце тронуло своим лучом Писателя по чему-то.

- Знаете что, - сказал он смело и полной грудью, - собирайтесь! Когда я прочту Альбиночке о вашей Любви, она наверняка умилится, и мы сможем стать настоящими друзьями.

«А кто такая Альбиночка?» - подумала внутри них Синичкина.

- Понятия не имею, - ответил Писатель. – Вот заодно у Мамы и спрошу.

                И они все вместе принялись собираться в Центр.