Отбор для Темной ведьмы

А что, если я все же не смогу? Что, если не справлюсь?!

Но, прежде чем в голову окончательно прокралась предательская мысль о том, что неплохо бы вернуться в Виренеевку и дождаться возвращения Идена с новостями о победе над Соловьем и горгульями, я их услышала. Вернее, почувствовала резкие изменения магического фона.

Светлого, не Темного!..

Пришпорив лошадь, завернула за ощерившийся черными трещинами бок скалы. Там тоже был туман… Такой же густой, как и везде, но он оказался наполнен звоном оружия и резкими хлопками боевых заклинаний.

А еще криками боли и ужаса. Но и это было не все – сквозь белую вату облака до меня доносился пробирающий душу клекот и хлопки огромных каменных крыльев.

И я неожиданно поняла – а ведь самоуверенные маги тоже могут не справиться! К удивлению, эта мысль встревожила меня куда сильнее, чем могла предположить. А ведь я – Темная ведьма, мы жизнь и смерть принимаем одинаково ровно - как переходное состояние на пути, начерченном перед нами Темными Богами! Но мне почему-то не хотелось, чтобы погиб тот самый, здоровенный, который у них начальник!

По крайней мере, не от лап каменных горгулий, потому что у меня самой к нему набралось приличное количество претензий.

Как он станет их выслушивать, если падет в битве с каменными монстрами?

Тут туман разорвало незнакомое, но внушающие уважение заклинание. Собрало белую, клубящуюся мглу воедино, за долю секунды втянуло в себя, открыв вид на горную лощину, в которой три Боевых мага отбивались от четырех наседающих на них каменных монстров.

Стояли спиной к спине, выставив перед собой переливающийся Светом Щит, попеременно бросая в нападающих тварей то Огненными, то Воздушными заклинаниями.

Но Светлая магия лишь выбивали дробь мелких камушков из каменных тел монстров, не причиняя им вреда. При этом разъяряла их больше и больше, заставляя с остервенением кидаться на их Щит. Боевые маги держались неплохо, но… Лишь до тех пор, пока горгульи не изведут их магический резерв!

Затем я увидела, как разбегалось крестьянское ополчение, побросав топоры и вилы.

Лезли на гору, спеша укрыться в низеньком лесу, росшем на гребне скалы, а их с громким гиканьем преследовали вооруженные мечами разбойники Соловья.

Его я тоже отыскала.

На другой стороне лощины замерло пятеро. Один из них, здоровенный и черноволосый, одетый в расписной кафтан и меховую шапку, безразлично наблюдал за происходящим. На его смуглом, раскосом лице застыло выражение брезгливости.