Украсть ведьму

Пододвинула к себе кружку поближе, едва половину по дереву не расплескав, наклонилась и тут же обожглась. И правда горячий!

Демон молча наблюдал за моими страданиями и попытками губы остудить, собственные неодобрительно поджал и решил сделать вид, что ничего не замечает.

– Если ты поможешь мне, даю слово, я смогу убедить Повелителя оказать тебе содействие.

Мне, правда, смешно стало. Но насмехаться открыто я не рискнула, только улыбку себе позволила, села прямо, в глаза, сейчас словно огнём горящие, заглянула и спросила спокойно:

– Содействие в чём?

Даже интересно было послушать, что скажет.

Маг нахмурился на мгновение, осознав, что ничего ровным счётом обо мне не знает и давать конкретных обещаний не может, и пошёл другим путём:

– Во всём, что бы ты ни задумала.

А-а, как интересно. И слова его я окончательно перестала всерьёз воспринимать, ну потому что как Повелитель демонов может помочь мне в деле, о котором ничего и не знает? И как может Сагар давать такие обещания? Никак, вот именно.

– Что, и войной на эльфов пойдёт? – молчать нужно было, молчать, но я не смогла, слова сами с губ слетели.

Демон удар принял с достоинством, даже не вздрогнул, только глаза распахнул, собственным ушам не веря, и... сник. Вот сразу весь прямо на глазах и сник, и даже глаза потухли, и не танцевало в них более золотое пламя, одна безжизненная пустыня была.

А потом меня позвали. Вот прямо из кулона на шее и позвали.

Глава 4

– Леся, – шептал голос знакомый, резкий, требовательный.

– Пошёл вон, – бесцеремонно велела я демону, кивнув на выход из его же собственного дома.

А сама руку к сплетениям амулетов на шее метнула, нужное без труда отыскала, от призыва и цепь, и крепление нагрелось, замочек с трудом с третьей попытки расстегнула и швырнула камень на стол, одновременно с тем активирующие слова бормоча:

– Трактум эк филис, ут ветус амикус.

Лунный камень стукнулся о столешницу и в тот же миг все свечи в доме погасли. Неровный оранжевый свет сменился тусклым голубоватым, а затем над столешницей показалось лицо моего вынужденного подельника.

Вытянутое, с острым подбородком, отросшей бородкой, крючковатым носом, быстро бегающими подозрительными глазами тёмного, не поддающегося определению цвета и длинными чёрными волосами, только на правом виске синяя прядь была, а на левом алая.

В прошлый раз только синяя наличествовала.

– Наконец, – Иззая нетерпеливо языком цокнул, – времени мало, буду краток.