О нас не сложат легенды

Босые ступни ступали по мягкой зелёной траве, подошву ног щекотали её тонкие стебельки. Я положила обе ладони на светлый камень алтаря и вошла в медиативное состояние, замедляя дыхание и освобождая сознание, чтобы открыть путь для моей богини. Когда я закрыла глаза, все мои чувства обострились, поэтому легкое касание к голове я прочувствовала настолько, что по рукам пошли мурашки.

А в следующую секунду девушка уже обернулась лицом ко входу. Под арку вошла первая пара. Оба были не знакомы мне. Впрочем, и моя подданная, похоже, видела меня не часто, потому что даже не заметила, что мои глаза сейчас словно светлая охра, а в теле появилась женственная плавность, которая присуща лишь тем, кто осознаёт свою суть и привлекательность, что очень уж не свойственно подростковым комплексам, с которыми я сейчас боролась.

Мои губы против воли растянулись в ласковой покровительственной улыбке, а голос зазвучал, словно крошечные переливистые колокольчики:

- Приветствую вас, дети мои. Вы ступили под своды священного места в ночь, когда двери запретных земель открыты для чужаков, сегодня мы празднуем ночь соединения, ночь наслаждений и вливания новой крови в наш народ.

Вы пришли сюда добровольно? – пара почти синхронно кивнула, - Вы готовы скрепить соглашение магически? Протяните правую руку, - девушка коснулась запястий каждого из них, оставив божественные метки. – Можете идти к шатру. Я благословляю вашу ночь и этот союз!

Следом за ними потянулась бесконечная вереница пар.

Когда Двуликая поставила последние метки, я почувствовала, как закололи кончики пальцев. Один вздох, и я снова стала хозяйкой своего тела, но из-за слабости осела прямо в изумрудную траву, а богиня напоследок совсем нежно коснулась моей щеки, утешая и придавая сил.

Пара минут, и я встрою, бреду между шатров, в сторону портала в город. Плотные и не очень ткани сотен шатров возвышались ввысь среди цветочных клумб и плодовых деревьев, некоторые проецировали тени, и не все из теней были целомудренны.

Эта ночь обладала поистине магическим обаянием, когда ещё алайси могли позволить мужчине дотронуться до себя? Хели, скорее исключение из правила, и то не самое лучшее.

На центральной площади ещё продолжались гуляния, звучали песни, в воздухе витали соблазнительные запахи традиционных блюд. Но на меня внимание никто не обратил. Я держалась ближе к краю улиц, обходя танцующих и беседующих женщин.

В храме Двуликой уже не было посетителей.