Огневик и снежнокрылая

Отринув волю, отринув разум, кричащий «беги!», он искал в опасном ледяном создании грустную сероглазую девушку – ее не было. Две темно-синие бездны на холодном лице взирали на него мрачно и бесстрастно. Ветер взвыл, солнце скрылось за белой пеленой… Колючие льдинки ударили в лицо – жестоко, до слез, невольно выступивших на глазах.

Ари и Лис отпрянули, но не убежали, не желая оставлять огневика наедине с живой стихией. А тот почувствовал, как его охватывают отчаяние и гнев.

- Кто ты? Почему идешь за нами? Ответь наконец – что ты такое?

Почему опять так больно? Зачем ему страдать от нее? Отчего он не хочет даже попытаться покончить с ней, как со злым наваждением?

- Убей ее! – закричал Лис, едва не срывая голос, перекрикивая вой пурги.

– Сожги, растопи. Убей! Ты сможешь!

Эльф прав? А вдруг освободить ту, светлоглазую, можно лишь уничтожив эту, бездушную? На ладонях вспыхнул огонь.

Выражение лица снежнокрылой изменилось, она прикрыла веки, словно пыталась уйти в себя, отстраниться от внешнего мира.

Что-то – возможно, две сущности – боролись внутри нее в эти мгновения.

Теллин вскинул руки… и ничего не смог сделать. Огонь потух сам собой.

- Где та, кого ты прячешь в себе? – спросил он негромко. – Где она?

- Убей чудовище! – вновь потребовал Лис. Но Шелиар его уже не слушал. Он смотрел как разгорается сапфир в волосах снежнокрылой, как сквозь холодный лик проявляется та, которую он так жаждал увидеть…

Тогда юноша решился – и коснулся ее щеки.

Рука онемела, обожженная холодом. Но перед ним снова было живое лицо с трепещущими ресницами, с теплым взглядом, с чуть приоткрытыми розовыми губами. И эти губы прошептали:

- Розелль…

Шелиар впервые услышал ее голос. Он звучал как отголосок весеннего ручья. И произнесено им было имя художницы, чьи картины поразили его в таверне!

- Розелль? Твое имя?

Девушка не ответила – она опять начала меняться. Губы потемнели, глаза налились ночной синевой... Сапфир потускнел, почти исчез.

Но теперь лицо двуликой не было бесстрастным, в нем проступил гнев… Казалось, эта безмолвная женщина разозлилась на то, что в ней все же пробудилась вызванная Шелиаром вторая сущность… И она вновь ударила юношу потоком ветра с россыпью острых льдинок. Теллин вздрогнул и резко отшатнулся.

Тогда сквозь снег и ветер на двуликую устремилась на крыльях Арабелла – с обнаженной шпагой, словно та могла чем-то помочь в борьбе против стихии.