Свобода выбора

Странное чувство зародилось в глубине живота, разбежалось по телу, принеся с собой горячечный жар, что обволакивал, лишая меня связных мыслей. Кажется, я сошла с ума, потому что в какой-то миг мне и в самом деле захотелось пойти с ним…

На этом интересном месте я закричала от ужаса, и все закончилось. Проснулась, дыша испуганно, часто. Заморгала, уставившись в темноту потолка. Прохладный ночной ветер шевелил занавеси, играл со смешными кольцами и пучками травы «ловца снов», который сделала для меня Инесс.

Яркая, круглая луна заглядывала в распахнутое окно и казалась мне чуть ли не вдвое больше, чем месяц на Земле.

Ну какой же бред мне приснился! Или же…Может, это вовсе и не был сон?

Щелкнув дрожащими пальцами, зажгла магический светлячок. Коснулась рукой лба, вытирая пот. Жарко! Летом на Эирианне хорошо за тридцать градусов, и лишь по ночам наступала временная передышка. Поэтому я спала раздетой, под льняной простыней. А в том странном сне – точно помню! – на мне была сорочка…

Значит, не было ни человека в капюшоне, ни его голоса, ни-че-го! Или же… Тут я вспомнила, как Риона однажды рассказывала об одной странной вещи – Зов называется.

Говорила, что Высшие маги могут проникнуть во сне в чужое сознание и подчинить жертву своей воле.

Но… Неужели кто-то пытался провернуть подобное и со мной? Звал за собой, пока я не выкинула его из головы?! Но зачем?! Кому я понадобилась? Или все-таки привиделся кошмар?

Закутавшись в простыню, встала с кровати, решив сходить на кухню.

Водички попить, а заодно и привести голову в порядок. Мысль о том, чтобы снова заснуть, приводила меня в дрожь. И все потому, что я вспомнила прорицание Рионы о свободе выбора. Ага, между Темным и драконом… В коридорах Академии ее слова показались бредом, сейчас же, в тишине ночи, мне стало совсем не по себе.

Попробуй тут засни! А вдруг за чертой сновидений меня снова поджидает «жених»?! Как позовет еще «замуж», а я как побегу за ним вприпрыжку…

Вздохнув, вышла из комнаты и побрела вниз по лестнице.

Тихонько, чтобы не перебудить весь дом. Наверное, следует все же отцу рассказать. Или же маме…

Словно почувствовав, что о ней думаю, она сама пришла на кухню. Я как раз крутилась возле большой печи, на которой кухарки оставили «доходить» тесто для завтрашних лепешек, – разыскивала остатки былой роскоши. Вернее, то, что осталось с ужина.