Подающая надежды

Взгляд её был твёрдым, жестоким, безжизненно-непоколебимый даже перед таким жалким видом страдающих тайских девочек, что одними только напуганными лицами молили о пощаде. Все взоры были направлены на неё, большинство смотрело с осуждением и страхом, но Галицкая чувствовала ещё один — хмурый, обеспокоенный, пытающийся понять её намерения по глазам и выражению лица.

«Не смей. Прекрати свои бесполезные попытки проникнуть ко мне в мозг. Это тебя не касается», — грозно приказала та любопытному наглецу, которого и взглядом сухим не одарила.

Тот быстро послушался, не став спорить.

— Н-Нонг’Сыадам! Что же ты с девочками делаешь?! — Придя, наконец, в чувства, обеспокоено воскликнула практик-призывник, с ошеломлением глядя на новенькую с мечущимся по всем существам взглядом.

— Учу порядку на уроке. Переведите это им, чтобы поняли, за что были наказаны.

Женщина послушно выполнила указание и ученицы, раскаявшись, упали чужестранке в ноги, продолжая громко сипеть и старательно что-то проговаривать. Увидев смиренное покаяние, Ника вновь властно прокричала что-то, после чего девушки из последних сил вобрали ртом воздух, устало уронив головы на землю.

По ладоням Домы потекли быстрые алые струйки — наказала саму себя. Благо для многих это осталось незамеченным и открытых вопросов ни от кого не возникло. Во рту всё сильнее ощущался приятный вкус железа от прокушенных щёк и языка. Но глаза остались непреклонны, казалось, она не могла полноценно управлять собой и была подвластна только собственной злости, бьющей в груди ключом.

«Сау ба?..» — Послышался в голове встревоженный голос — он увидел кровь.

Та не ответила, лишь резко дёрнула головой в его сторону, мол, не твоё дело. Настаивать он вновь не стал, умолк сразу, как понял смысл жеста.

— Хай ап-хай рау на кха! — Возопили непослушницы, как только восстановили дыхание, но не посмели встать на ноги без разрешения.

— Нонг’Сыадам, они просят простить их, — подсказала учительница, осторожно подойдя к иностранке, что всё более судорожно пыталась себя успокоить, вернуть из сладкого забвенья ярости в спокойную реальность.

— Прощаю, но лишь на первый раз. Дальше будет хуже. Отгоните их!

Те, не дожидаясь перевода, как запуганные уличные кошки, на которых грубо шикнули, в страхе попятились назад и на дрожащих ногах поднялись, возвращаясь в строй.

— Мне продолжать? — Строго спросила россиянка и, получив положительный ответ от трясущейся преподавательницы, вернулась к объяснению толком и не начатой темы занятия.