Подающая надежды

Но внезапно её навестила смерть-матушка и тумаками увела за собой в Межмирье, где старую должны были направить на одно из Небес, но, увы, с этим она не была согласна, так как очень скучала по своей животине, и потому вот уже десять лет она находится на распутье. Муу слёзно просила у меня помощи, уверяя, что по возвращении в этот мир сделает для меня всё, что в её силах, но в этом, само собой, я ей не помощник. А также я выслушал нудную речь старика Наронга, что жаловался на цены в Межмирье. И знаешь, они там действительно возмутительные — за килограмм картофельного угля нужно отдать либо триста бат, либо правый глаз, либо два хороших воспоминания из жизни! Ужасные инфляции у них там с прошлого года произошли! А теперь представь, как он на коленях просил у меня взаймы «мой чудесный правый глазик» и уверял, что мне и без него будет хорошо! А один чудак с меня вообще носок стащить пытался! Благо, обувь спасла, он снять не смог.

..

Россиянка против воли прыснула со смеху, пока, переведя взгляд на Сета, разглядывала его чересчур серьёзное лицо, никак не подходящее к его излишне веселящим рассказам о путешествии в «промежуточный мир».

Скоро лёгкая реакция сменилась настоящим хохотом, от которого темничка сложилась помолам, всё ещё удерживаемая одноклассником, что сидел за партой с нелепым хмурым взглядом. Он смотрел на иностранку нахохлено, но той было всё равно на попытки испепелить её глазами, она беспомощно хваталась свободной рукой за живот и вместе с тем безрезультатно пыталась вытереть проступающие в уголках глаз слёзы.

— Ты этого заслужил, Парест! — Не прекращая смеяться, звонко воскликнула Галицкая, даже не думая тревожиться за свою руку, сжатую в грубых пальцах и совсем не обращая внимания на то, что браслет на её запястье, который не так давно почуял в Пхате угрозу для своей хозяйки, в этот раз абсолютно никакой реакции не давал.

— Я Прасет. А для тебя вообще Пи’, — бросив это, он проследил за реакцией новенькой, окинув заинтересованным столь необычной реакцией взглядом её побагровевшее от смеха лицо.

Задержался на растянутых в широкой выразительной улыбке губах, понял, что та и не собиралась останавливать льющийся рекой хохот, неприятно поморщился и гаркнул как бы злобно: — Чёрт, да хватит смеяться!

Этим напыщенно грубым приказом он хотел припугнуть несносную хохотушку, но голос сдал его с потрохами: парень прикрикнул на Доминику со слишком детским возмущением, точно вот-вот надует губы и убежит в угол комнаты плакать.