Ассасины. Ее катализатор

Он проводил пальцами по бледно-зеленым контурам, а я понимала, что внутри меня что-то сжимается. Захотелось провести в ответ своей рукой по его плечу, но я оставалась сидеть на месте.

Он продолжал медленно гладить мою руку, внимательно глядя только на нее. Словно исследовал последствия яда, но взгляд был не исследовательский. Но и грустным он не был. Я могла бы дать ему определение как «желающий», но я бы ошиблась.

Нет. Не ошиблась.

Шафран прислонился легко губами к тыльной стороне ладони, а я замерла, боясь пошевелиться.

Даже дышать было страшно и волнительно. Он провел губами выше по предплечью, целуя каждый шрам. Затем спустился снова к руке и поцеловал каждый мой палец и ладошку, положил мою руку себе на щеку и прикрыл глаза. А я сидела широко, раскрыв свои, не зная, как реагировать.

Он снова посмотрел на меня, и вдруг сгреб меня в охапку и прижал к себе, уткнулся в волосы. А я сказала самую большую глупость на свете:

– Вы можете меня поцеловать, если хотите.

Глава 16.2. Защита под угрозой

Его пальцы в моих волосах замерли, затем погладили меня по голове, по плечу.

Я слышала удары своего сердца, и знала, что Шафран их тоже слышит, обладая сверхъестественным слухом. Но мне было все равно.

Он посадил меня к себе на колени, перекинув мои ноги в одну сторону, поправил мне ночнушку, чтоб она не задиралась, наши лица оказались на одном уровне. Он заправил волосы мне, провел по линии челюсти, губ, шее, – кажется, из меня вышел судорожный вздох, – ключицам. С меня слетела бретелька, но ее поправил обратно.

И Шафран приблизился медленно ко мне, проверяя мою реакцию, а затем коснулся моих губ своими. Я положила одну руку на лицо ему, – он прикрыл глаза, – вторую на шею. И я почувствовала самый вкусный поцелуй с ароматом шафрана и лакрицы. Он медленно, но уверенно целовал меня. В его движениях не было торопливости или скорости, но при этом чувствовалась сила. Я вдруг захотела сильнее вцепиться в него. Его губы продолжали ласкать мои, то нежно покусывая, то обводя нижнюю губу языком, то слегка посасывая.

Кажется, случился самый редкий момент моей жизни. Я перестала думать. Вообще. Существовали только его прикосновения. Руки в моих волосах и на шее. Поцелуи в губы, в щеки, в волосы.

– Шафран, – сорвалось тихо с моих губ.

– Мне нравится, как ты называешь мое имя.

– Думаю, окружающие не поймут. – Я разрушила магию между нами, о чем жалела. Но это нужно было сделать.

– Главное, чтоб понимали мы с тобой.