Притворись моей кицунэ

— Почему, почему Наоки не сказала, что чайник не ее? Зачем приняла всю вину на себя? — в шепоте девушки звучали слезы.

— Если бы она сказала про Иоши, то казнили бы их обоих. Наоки видели закапывающей осколки запрещенного во дворце предмета, ее бы все равно казнили. Она просто не стала обрекать на смерть еще и эту глупую женщину. Если бы она попыталась все отрицать или оправдываться, то смертей было бы только больше, а ее могли подвергнуть пыткам. Императору нужен был виноватый и он бы все равно получил желаемое.

— Лучше бы я погибла тогда от стрелы тэнно, Наоки была бы теперь жива, а тебя бы не сделали стражником.

— Наоки умерла быстрой и легкой смертью. Теперь она может встретиться со своей семьей. Уверен, если бы у нее был выбор, она снова поступила бы также.

— Она была такой доброй и смелой.

— Как и ты. — мочалка скользнула по обнаженному плечу Лины.

— Нет. Я совсем не была готова к тому, что происходит со мной в гареме. Если бы я знала обо всем наперед, мне не хватило бы смелости покинуть родной дом.

— Возможно пройдет время, и ты скажешь иначе. Это не конец твоего пути, а только его отрезок.

— Думаешь, впереди меня может ждать что-то хорошее?

— Я думаю, что смерть Наоки не должна быть напрасной. Она не хотела бы, чтобы ты отчаялась и опустила руки. Ты должна продолжать бороться ради памяти о ней. Ты надеешься, что если разочаруешь тэнно, то он отправит тебя в Холодные комнаты, и все про тебя забудут. Но этому не бывать. Как только император решит, что ты ему больше не нужна — тебя убьют.

Я не могу потерять еще и тебя.

— Чинхо? — девушка слегка повернула голову.

— Я обязательно спасу тебя. Только дай мне время. — мужчина коснулся невесомым поцелуем нежного плечика.

— Я боялась, что ты возненавидел меня. — робкая слезинка все-таки скатилась по щеке.

— В смерти Наоки нет твоей вины. Мне не за что тебя ненавидеть. Но я буду разочарован, если ты плохо выступишь на Празднике.

— Ты будешь там?

— Обязательно. И я буду смотреть только на тебя.

Глава 22

К Празднику Фейверков все было готово еще накануне, но утром все равно по всюду царила взволнованная суматоха.

Правда, Лина не разделяла всеобщего веселого настроения, все эти дни ее согревали лишь слова самурая «я буду смотреть только на тебя». Повторяя в голове эту фразу, она усердно репетировала танец и теперь была уверена в своих силах. Разочаровать Чинхо она не могла, она собиралась танцевать только ради него и в память о смелой и доброй Наоки.