Камешек в груди

— В прошлую нашу встречу сказал бы именно так.

Гордий вскинулся в кресле. — Горислав! Не торопись говорить, подумай.

— Уже думал, поэтому и говорю.

Истислав хмыкнул и спросил. — Ну, и чего же ты хочешь сейчас?

— Хочу стать самым сильным.

Десять минут спустя.

— Гóра. Ты мне скажи. Ты совсем дурак?

— Ха! Определённо.

— А-а-а, как же с тобой сложно. — Дядя ходил вокруг меня и стучал себя по лбу. — Зачем тебе это? Чего тебе спокойно не живётся?

Из княжеских покоев мы так и не ушли, сидели в той же комнате, правда, уже вдвоём: Истислав покинул нас, с условием, что утром я дам ему корабль и ответ.

— Спокойно мне жилось, пока кто-то не отвёл своего племянника к Перунову камню. Помнишь? Вот с тех пор и нет мне покоя.

— Я же не об этом. — С обидой в голосе, произнёс Гордий. — Да, я виноват перед тобой, но я делаю всё, чтобы ты хорошо жил. И отвечаю за тебя.

— За меня? Или за Горислава Воронцова. — Меня опять понесло. — В общем, так. Запомни, Гордий, за себя отвечать буду сам.

С виду я был спокоен.

Но внутри всё кипело. Сидел в кресле, сцепив пальцы за головой. — Езжай домой, мне надо подумать. — Я смотрел на него и сам себя спрашивал. Зачем это делаю. Отталкиваю от себя.

— Гордий, ответь на один вопрос. Зачем ты живёшь? Хотя не не надо, не отвечай, я уже знаю всё, что ты можешь сказать.

Остановишись у выхода, Воронцов смотрел на меня. — Зачем? — Он подумал и спросил. — То есть ты знаешь?

Вот теперь я точно всё решил и успокоился.

— Да, теперь знаю. — Улыбнулся довольной улыбкой.

Роща посвящения.

У Перунова камня.

— Я, Горислав Воронцов, здесь и сейчас заявляю, что отрекаюсь от преданности всем, кому когда либо служил, или служу. Клянусь служить только Рарийскому княжеству и защищать его интересы. Клянусь быть верным и преданным князю, его наследникам и преемникам. Клянусь верно выполнять приказы князя.

Вот такие пирожки. Теперь Истислав знает кто я такой, а я узнал, что являюсь не первым попаданцем на службе у монархов. Четыреста сорок лет назад появился на свет Намад Игнатьев.

Выросший одарённым практиком, он прошёл испытания и был принят в княжескую дружину. Как и рассказывала Чернава, этот юноша, как и Горислав, подносил к Перунову камню оберег рода, только вот тётушка не знала истинной концовки этой истории.

Никого он тогда не убивал, а просто сбежал от целителей, к которым его отправили. Всё бы ничего, только при побеге молодой дружинник использовал силы, которых по определению не могло быть у необученного родовича.

— ...