Камешек в груди

Немного туплю, стоя на пороге, а когда всё же захожу к ней в спальню, то кроме брюнетки никого не наблюдаю. Э-э ... Не понял. Сатиль на улице, а других невидимок я тут не знаю, так с кем же она разговаривала? Вроде бы где-то слышал, что за спрос не бьют, вот, сейчас и проверим.

— Чернава, а с кем ты говорила?

Улыбясь чему-то, она поднимает руку, на которой надет изящный браслетик. — С Гордием. Сказала, что мы завтра выезжаем и попросила нас встретить.

Офигеть, два месяца тут провести и не знать, что у них есть телефоны.

И чего ещё не знаю, чёрт побери, я же видел на браслете плетение, ну, кто мне мешал спросить? Так, Штирлиц пока не раскрыт, поэтому спрашиваю с невозмутимым лицом. — Ну, и что он ответил? Встретит?

— Да, сказал, что вышлет людей на встречу, они присоединятся к нам в пути. — Ответила она, а потом поинтересовалась причиной моего появления. Упс, действительно, совсем забыл. Рассказываю про свою беду с зимней одеждой. На что она только отмахнулась, но всё же соизволила объяснить. — Уже давно всё заказано и сшито, заберём в городском доме.

После того, как увидел этот браслет, весь день всё валилось из рук. В голове начали возникать мысли о возможном применении плетений. Никогда не считал себя гением и понимал, что умных людей в мире больше, чем (не совсем умных) других. Так что, наверное, всё, что можно было придумать, уже придумали без моих идей, то есть оружие, транспорт и тд и тп. В общем, практически всё, что мог бы предложить, а может и больше.

Утро не оправдало моих ожиданий: не увидел у крыльца ковра-самолёта, или самобеглой повозки – нас дожидалась красная расписанная золотыми птицами карета, запряжённая четвёркой гнедых лошадок.

Стоя на высоком крыльце, Чернава давала последние указания Сатилю, а увидев меня брюнетка улыбнулась, наверное, прочитала по моему лицу насколько сильно мне не хочется уезжать.

— Горислав, доброго утра тебе. — Поздоровалась она, зачем-то растрепав мне причёску. Придирчиво посмотрела на получившийся результат, пригладила всё обратно и крикнула кучеру.

— Ульян! Мы готовы, поехали.

Окликнутый могучий парень из дружинников одним прыжком взлетел на кóзлы. Мы же с Чернавой степенно поднялись по складным ступенькам. Оглядываясь через заднее окошко на усадьбу, увидел, что сзади к нам пристроились ещё четверо верховых дружинников.

Едем уже часа два. Мимо проплывает смешанный лес, местами уже начинающий желтеть. Повсюду виднеются толстые шляпки грибов, а от ягодных кустарников уже рябит в глазах.