Камешек в груди

Тётушка сидит рядом и, по-видимому, уже успела задремать, уж больно сильно мотается её голова. Мысли опять сворачивают на грусть-печаль.— "Хоть бы разбойнички какие-нибудь попались, может тогда бы мы вернулись обратно..."

— Тп-р-ру-у! Стой! — Раздался чей-то грубый голос.

Чернава дёрнулась и проснулась. Выглянув в окошко, спросила у меня. — Что случилось, почему мы остановились?

Посмотрев в её сонные глаза, решил шуткануть. — А-а, ерунда, нас разбойники грабят.

Протерев глаза, она переспросила. — Кто?! Какие ещё разбойники, кого грабят? Ну, я им сейчас пограблю.

— Хлопнув в ладоши, Чернава с видимым усилием развела руки в стороны и повторила последние слова. — Сейчас я им пограблю. — Толкнув дверцу рукой, загоревшейся синим пламенем, брюнетка выпрыгнула из кареты метров на пять, оставив меня сидеть внутри с разинутым от удивления ртом.

Как говорится: хорошо то, что хорошо кончается. В результате моей шутки, никто из восьмерых егерей не пострадал, в отличии от моего левого уха, которое испытало весьма большие нагрузки.

Кто же знал, что у доверчивой тётушки помимо южной красоты такой взрывной темперамент.

Дальше ехали молча, отвернувшись друг от друга. Зато узнал про егерей. Оказалось, что усадьба со всех сторон окружена многочисленными лесными лагерями: почти три тысячи егерей постоянно несут службу по охране родовых земель, даже за рекой есть посты. И все они, как и те, что остановили карету, находятся на службе у рода Воронцовых, а меня, будущего главу, как ребёнка перед ними за ухо оттаскали, ну и кто она после этого?

— Тп-р-ру-у! Стой! — Послышался окрик.

Чернава строго на меня посмотрела и погрозила пальчиком. Высунулась в окошко и с кем-то коротко переговорила, успев за пару предложений узнать кто нас остановил и обсудить чьё-то платье. Через минуту к нам в карету заскочили две хорошенькие девчушки в шикарных платьицах. Потом, уже с моей стороны, в окошко сунулась грозная и усатая харя. Сердито на меня посмотрела и вдруг уважительно кивнула. Ну, мне не жалко, кивнул в ответ.

Харя внимательно оглядела карету изнутри и скрылась за занавеской.

После этой остановки мы едем уже часа три, или даже четыре (с новыми попутчицами моё чувство времени сбилось напрочь). Я там что-то говорил про хорошеньких девчушек. Говорил? Так вот, я ошибался, это совсем не девушки – это самые настоящие сороки на базаре и Чернава с ними наравне стрекочет. Наивный, я-то был уверен, что привычный к бабским разговорам – теперь так не думаю.