Дочь пламени и пепла

Когда даркийская повозка увозила её с площади, она заметила в толпе пепельно-серое лицо Брука. Он стоял, прячась за чужими спинами, и провожал её пустым взглядом. Вздёрнув вверх подбородок, она отвернулась, чтобы не видеть лицо этого малодушного слабака.

Глава 10

Они находились в пути уже больше недели, плавно продвигаясь на север. Бесконечное небо, что раскинулось вдоль всей линии горизонта, из пронзительно-синего постепенно превратилось в тускло-серое. Яркое солнце, что ещё какие-то три дня назад слепило глаза, теперь лишь изредка показывалось из-за рваных облаков.

Их караван состоял из десяти всадников. Впереди ехали генерал Фарро и Джойс Брандис. Сразу за ними – трое солдат, приставленных оберегать наследного принца. Далее следовали ещё пять солдат даркийской армии, которых для этой поездки отбирал лично Джойс Брандис. Чтобы не привлекать к отряду излишнего внимания, было принято решение не брать с собой знаменосцев, и заменить чёрную форму походной одеждой.

Их путь пролегал через Багряную пустошь, пересекал массив Тернистого леса, дальше огибал Сóраль, одно из сожжённых королевств, и заканчивался у подножия Литонских гор.

С тех пор, как они оставили позади Багряную пустошь с её изнывающей жарой и песчаными ветрами, минуло уже дней шесть. Теперь они двигались по Тернистому лесу с его густой растительностью и насыщенным воздухом. Ближе к северу погода менялась: дни становились короче, ночи холоднее.

После очередного привала в лесу, они продолжили путь. Караван двигался весь остаток дня.

Лошади несли их вперёд, словно хотели скорее закончить это путешествие. Ближе к вечеру лес стал редеть, пока совсем не расступился перед всадниками.

Впереди показались первые обугленные развалины, и Эйрон догадался, что они достигли Сораль. Вернее, того, что осталось от некогда процветающего королевства, ведь сейчас на этом месте зияла лишь выжженная земля с горсткой полуразвалившихся камней. Эйрон натянул поводья, заставляя лошадь перейти на шаг. Он окинул безмолвным взглядом почерневшие от времени руины.

Следовало признать, зрелище было весьма унылым, а наряду с тёмно-серым грозовым небом, и вовсе тяготило.

-Да, дрожь пробирает, когда я вижу всё это, - подал голос Джойс. После нескольких часов пути, проведённых в полном молчании, Эйрон рад был услышать хоть какие-то слова. Сам он был в состоянии лишь кивнуть.

Некоторое время они просто ехали молча, разглядывая то, что оставил после себя даркийский огонь много лет назад.