Возвращение в Изумрудный лес

Не видя ничего перед собой, рыцарь побрел прочь, спотыкаясь, ломая кусты и ветки… на этом его сон прервался.

***

Серая дорожная грязь по колено — и такого же цвета небо. Порывы холодного ветра и мелкий моросящий дождь, к которому то и дело примешивался быстро тающий снег — зима в этом году обещала быть ранней. Погоня Амадиса за «Когтями бури» оказалась куда длиннее, чем ожидал молодой рыцарь. В Грейтхаллене его ждало лишь известие о битве, которая произошла между наемниками и армией здешнего монарха — из двухсот человек в отряде Рейнильды были убиты сто тридцать, но за каждого из них король заплатил тремя своими воинами.

Выжившим наемникам удалось уйти, но самое главное — командир отряда уцелела! Амадис отправился дальше.

В Рейдготланде охотникам удалось взять в плен младшего офицера из числа «Когтей бури». Под жестокими пытками он рассказал о дальнейших планах Рейнильды. Для ее отряда приготовили грандиозную засаду, однако в последний момент наемница узнала о ловушке и резко сменила направление.

Королевства, герцогства, графства и княжества менялись одно за другим словно страницы какой-то бесконечной книги. Лишь на излете Месяца холодных слез Амадис выяснил, что практически догнал отряд. В этот день рыцарь пересек границу Глендэйла — земли, где все началось.

За время пути Амадис исхудал, побледнел и осунулся. Его сильно отросшие волосы и борода были грязными и спутанными — за несколько месяцев рыцарь словно прибавил добрых двадцать лет. Неважно выглядел и верный конь Амадиса — белоснежный паллардийский жеребец по кличке Шторм.

Позади были ожесточенные схватки с разбойниками и ночевки на голой земле, дикие звери и опасные переправы, трудный сбор сведений с недоверчивого люда и собственные зловещие предчувствия. Впереди — безумная надежда и пугающая неизвестность.

Поднявшись, Амадис пошарил в седельной сумке и обнаружил, что от его припасов осталось лишь одно сморщенное яблоко.

— Прости, старый друг, но это — весь наш завтрак, — вздохнул рыцарь, доставая кинжал, чтобы поровну разделить скудную трапезу со своим скакуном.

— Крепись, приятель — мы почти дошли, — Амадис потрепал коня по холке.

— Снова этот сон, — думал рыцарь, садясь в седло. — Но почему же на этот раз он так страшит меня?

После той встречи в лесу, Амадис пытался скорее забыть о случившемся — но все было напрасно. Рейнильда вновь и вновь являлась ему в видениях и тревожных снах — в самых разных образах.