Падшие небеса

– Куда ты отправил жену Доброгнева, его детей?

Рин насупился и промолчал. Он недовольно поджал губы и играл в обиженное дитя, но капитан Лесных теней уже давно общался с ним и знал истинные повадки ребенка. Не стоило никому обманываться видом этого мальца – он являлся точно таким же порождением Тумана, как и вся нечисть на болотах.

– Убрал соперников за внимание? – прохрипел эльф. – Ты маленький хищник не терпящий никого другого на своей территории. Вот только семье Доброгнева придется не по душе твой поступок.

Ах, да! Хозяин тоже злился на тебя. Ты помнишь об этом, мелочь?

Туман был в ярости из-за поступка Рина. Каким образом тот смог активировать портальную сеть над которой сам эльф бился несколько недель, чтобы запустить? Или же Рин сломал ее раньше? Возможно у него был ключ? Лишенный родительской ласки и внимания Рин решил убрать тех, кто по его мнению мешал ему – Алисию и ее детей. К жене Доброгнева он относился с теплотой, с удовольствием слушая ее сказки, но это не остановило его, когда он выслал их прочь из башни.

Вот только Хозяин болот этого не оценил. У Альмиера до сих начинала дико болеть голова только от воспоминаний о том дне, когда гнев проклятой твари казалось отпечатался в памяти, как след от ботинка на рыхлой земле. В тот день придавило всех, Ялар что-то кричал про Оливера, что глупая ревность привела к тому, что нужное дитя теперь в чужих владениях. А где-то вдалеке слышался смех Гелиарда. Эти два безумца даже будучи проклятыми и связанными между собой продолжали соперничать.

Альмиер еще помнил, когда там, где располагались топи, появились первые орки. Свободные кланы, проигравшие право на жизнь в умирающем мире и надеющиеся найти новый дом здесь. Как же они ошибались! Шагнув в неизвестность, они оказались во власти Небесной рощи. Совет князей, уже испивший горя с приходом людей, встретил новых чужаков радостно и беспощадно. Мерзкие твари, способные жрать себе подобных от голода, несколько месяцев томились в клетях, пока не передохли от постоянных пыток, либо от истощения.

Остался только один – Ялар Карающий, старший шаман клана. И тогда родился План – отгородиться от первых захватчиков и новых паразитов. Круг высших друидов запечатал мир Сараф, а платой стала кровавая жертва на алтаре.

Ялар Карающий после мучительной смерти превратился в бесплотного стража границ, сохранив все свои воспоминания. Он люто ненавидел и эльфов, и народ Орхуса, неустанно сдерживая натиск своих собратьев.