Останься в Вейзене

«Гетбер, не мог бы ты прикрыть свой рот? У меня выдался тяжелый день, и сейчас я хочу просто отдохнуть. В театре я сегодня уже побывала, а актёр из тебя, к слову, ужасный. Неужели тебе настолько не хватает общения, что ты готов нести всякую чушь, чтобы не молчать? Неужели ты настолько рад мне, своей единственной гостье, которая по доброй воле никогда не пришла бы к тебе? Или ты вновь хочешь меня обмануть, наглый, подлый трус?».

Наши взгляды пересеклись, и я закатила глаза.

— Если что, я не настолько жестока.

— Но посыл, в целом, верный, — скорее утверждал, чем спрашивал Гетбер.

— Нет. Неверный.

— Тогда поделись своим мнением.

— Но поужинать я в самом деле не против.

Он развёл руки в стороны — мол, я же говорил. Но дальнейшие высказывания прекратил. Я зачем-то допила предложенную Гетбером настойку, каждый глоток утяжелял голову. Пришлось подпирать её рукой. Но все-таки ужин я одолела. И сразу почувствовала себя хорошо.

Глава 9. О загадках и верности / часть 2

— Спать? — спросил Гетбер.

— Можно, — согласилась я.

— Но сразу должен признаться, я в очередной раз обманул тебя. Кресло, к сожалению, занято — там лежит книга, которую я сейчас изучаю. Поэтому придётся тебе занять кровать.

— А… ты? — Я еле вымучила последнее слово, хотя, казалось, что может быть проще? Неуверенно взглянула на Гетбера. Он хмыкнул, но выражение лица у него все же поменялось — одновременно стало более задумчивым, но и довольным.

— За меня не беспокойся.

— Для вас кресло точно будет тесноватым.

Гетбер наградил меня тяжелым взглядом, и я поспешила исправиться:

— Для тебя.

Гетбер ничего не ответил, лишь только вздохнул. Поднявшись, он убрал грязную посуду со стола в раковину. Обернулся на меня, бросил кратко:

— Идём.

Я послушно поднялась с места и пошла за Гетбером. Сама себе вдруг показалась глупым утёнком, который ничего пока в жизни не умеет, лишь ступать по следам. Хотя, казалось бы, к своим-то годам я должна была научиться хоть чему-нибудь.

Теперь мне выпала возможность посмотреть ещё и спальню Гетбера. И, признаюсь честно, обстановка мне понравилась. Такая спальня, как мне показалось, может принадлежать мечтателю или путешественнику — никак не строгому преподавателю, предпочитающему точные расчёты моменту случайности.

Кровать застилал плед с этническим орнаментом, по краям его свисали кисточки. Массивный деревянный шкаф украшали вырезки из газетных статей и журналов.