Останься в Вейзене

Коленом придерживая сидение, я ткнула ножку совсем не туда, куда должна была — не в угол, а в центр, смещенный к левому краю, ещё и сделала это под наклоном… Я потянула ножку в сторону, желая выровнять, но магия не дала мне исправиться. Три другие ножки мгновенно взлетели в воздух, я не успела даже удивиться. И прикрепились к сидению: одна из них составила пару той, которую присоединила я, но наклонилась в обратную сторону. А две другие отыскали друг друга на правой стороне сидения.

Вместо табуретки у меня получилось нечто вроде собачки, какие получают, скручивая вытянутый воздушный шар.

Или козла, через который несчастных учеников заставляют перепрыгивать на уроках физкультуры. Правда, мой-то козёл с приколом в виде высокой спинки. Я бы через такой не перепрыгнула ни в жизнь.

А ведь в методичке писали — удерживайте ваши элементы не меньше минуты, магии нужно время.

Моя же магия не дала мне ни мгновения.

Иногда Гетбер оказывается прав. Взять даже его подход к магии — точный расчет, выверенные формулы.

В работе с камнями без них никуда. Пожалуй, я ещё должна быть благодарна, что ножка стула не приросла к моей руке. Иначе осталась бы в истории Вейзена, как человек-дубина.

Было боязно, но я все-таки попыталась сесть на модифицированный собственными руками стул. Он выдержал, даже не скрипнул. Правда, стал значительно ниже — за столом работать все-таки будет неудобно. Но ведь выдержал! Значит, колдовство всё же сработало. Просто слишком быстро. Да, с одной стороны, ничего хорошего в этом нет — неконтролируемая магия опасна, это даже мне, иномирянке, понятно.

Но с другой — я в очередной раз убедилась в том, насколько широка сфера применения этих камней. И насколько они легки в использовании.

Дизайнерский стул я на всякий случай придвинула ближе к столу, чтобы он не бросился в глаза никому, случайно перепутавшему мою комнату со своей собственной. Остаток дня я провела за книгами, хватаясь за любую информацию, которая потенциально может быть мне полезной.

А поздним вечером вышла на прогулку.

Во внутреннем дворике академии было так пусто и тихо, будто здесь давным-давно никто не учится. Я в который раз усомнилась в реальности происходящего. Клянусь: я не удивлюсь, если вдруг очнусь и осознаю, что все происходящее было плодом моего воображения.

Мне вдруг стало так одиноко, что я согласилась бы на любую компанию. Пусть это был бы Вилсон, который меняет спутниц, как перчатки, или Гетбер, главный любитель загадок.