Останься в Вейзене

А пройтись по местам, поговорить со старыми знакомыми… Это совсем другое. Но если я смутил вас этим предложением, то, конечно, прошу простить меня. Я, в самом деле, не хочу и не стремлюсь…

Внутри салона гуляет лёгкий ветерок, заглядывает во все потайные уголки: под воротники рубашек, в вырезы платьев, проходит сквозь душу, и та свистит, как соломинка на ветру, лишенная наполненности. Я и сама не заметила, как прикрыла глаза, и голос Вилсона невольно отошёл на второй план, а после и вовсе стал неразличимым.

А в следующее мгновение я распахнула глаза и услышала:

— Думаю, вам нужно больше отдыхать.

Вилсон смотрел на меня с улыбкой.

Я заозиралась по сторонам:

— Мы уже приехали?

— Да, — кивнул он, — мы уже на центральной площади. Пора покидать эту чудесную карету, пока нас не увезли обратно в академию. Честно говоря, не очень-то я хочу в неё возвращаться.

Вилсон поднялся первым и протянул мне руку. Я все-таки взялась за неё, прежде чем подняться с места. Руки Вилсон не опустил, и омнибус мы покинули, держась друг друга.

А потом это прикосновение растаяло, как сон.

— Подскажите, где я могу найти здесь одежду и средства по уходу за собой, — попросила я. — И ещё — рабочие инструменты — молотки, например… А сами отправляйтесь все-таки отдыхать.

Вилсон спорить не стал. Выдал разборчивые инструкции (каждую я повторила трижды, чтобы запомнить наверняка). И в конце добавил, что поужинать лучше всего в «Вензеле» — не самом популярном, но самом атмосферном ресторанчике города.

Я не стала говорить Вилсону о том, как созвучно название этого ресторана, переведенного на мой язык, с названием самого города. Хотя, думаю, он бы оценил.

Мы разошлись по разным сторонам. И я стала наконец предоставлена самой себе. И целой тьме устных напутствий.

Итак, первый пункт в моих планах. Одежда. От омнибусной остановки идём направо, в сторону театра, затем сворачиваем налево и проходим два квартала. В третьем будет здание, посвященное одежде целиком и полностью. Что-то типа модного дома, но для простого рабочего люда.

Поскольку регулируется этот дом администрацией города, как объяснил мне Вилсон, цены там фиксированные, а некачественные вещи не продаются. Выбор, добавил он, скромноватый, прилавки рынка куда более щедры в плане цветов и фасонов, но на рынке хотя бы первую пару раз Вилсон советовал мне в одиночку не появляться.

Так странно было идти вдоль этих улиц — прогулка по моему родному городу ощущается совсем по-другому.