Нужна ли пенсия коту?

Стребовал у куфарки платье како-то, девка нарядилась, волосы прибрала — красота же, глаз не отвесть! Он её к матери и повёл. Верняком, жениться будет.

— А вот я чаво слыхал, — поднял палец вверх старшой. — Не станет Никитка на Настёне жениться. И не для того он её в дом повёл, да.

— И с чего бы так, Архипка? — удивился Рыжун.

— Да с того. Завтрева жа срок наступат — надо нашей деревне Болотнику дань платить. Вот Никита и решил истопнинских девок приберечь, а выплатить ентой приблудой. Понял таперь, башка пуста? — Архипка хитро сверкнул глазёнками на притихших враз ребят, щелкнул по носу Худяша, который при упоминании про дань и Болотника захлюпал носом, вскочил и понёсся снова к воде.

— Давай, земеля, за мной! Ышшо разочек скупнёмся!

Парнишки вскочили и понеслись к речке. Я же решил: а, была-ни была! Хоть какие ни на есть, а штаны утащу у мальцов. Не сверкать же мне причиндалами, вдруг кого встречу ненароком? Да и самому неуютно: к вечеру холодать стало заметно. Штаны, конечно, мальцов маловаты мне будут, хотя.

.. А вдруг налезут? Рубаха-то точно подойдёт, вон та, серая — видать, отцова. Вроде бы Архип в ней и пришёл.

По-пластунски я подполз к сброшенной на берегу одежонке, схватил приглянувшуюся рубаху и штаны, те, что были побольше, и отполз на своё прежнее место. Пока мальцы резвились, я оделся. Удивительно, но «сряда» не только не была мне мала, но даже ещё и болталась. Осмотрев себя, я поразился ещё больше: моё тело было... не телом взрослого мужчины, а, скорее, телом тщедушного парнишки-подростка.

почти такого же, как и те, что барахтались в реке!

Из штанин торчали тонкие щиколотки, кисти рук тоже были подростковыми, с обкусанными ногтями и оторванными зубами заусенцами. Вот прям как в детстве у меня: бабушка постоянно ругалась и пугала: «Дурачина ты пустоголовый! Наживёшь себе выпадок!» На мой вопрос, что такое «выпадок», она объясняла, что загноится палец, гной попадёт в косточку, и потом через нарыв вытечет наружу. Палец с того разу так и останется болтаться, но уже без кости.

Ни согнуть его, ни двинуть им. Так, сосиска бесполезная.

Но что же стало с моим телом-то? Почему я вдруг так... омолодился? Судя по тому, что на большом пальце около сустава у меня красовалась бородавка, которую мне бабуля таки вывела красной ниткой, завязывая её вокруг бугорка и закапывая потом аод берёзой, рука была точно моя. Да и на щиколотке имелся шрам — соседская собака цапнула, когда я хотел яблок в чужом саду надрать. Удивительно всё это...