Академия Равенства. Тьма

– То-то же…

***

Совсем не свежее дыхание окатило лицо Петры, вырывая из блаженства, в котором девушка пребывала во сне. Прекрасный Лорд мягко обнимал ее за талию и наклонялся для долгожданного поцелуя как раз в тот момент, когда кто-то решил все испортить. Резко открыв глаза, адептка недовольно взглянула на питомца, который неотрывно смотрел на нее выразительными глазами.

– Ты даже не представляешь, что сейчас могло произойти! – обидчиво проговорила Петра. – Он мне первый раз приснился за все время!

– Емя! – укоризненно ответил Дрон.

– Сколько времени? – спохватилась девушка.

– Ого!

Выбежав из библиотеки, Петриция пронеслась по этажу. Холл был пуст, но звуки музыки уже доносились из главного зала. Сегодня для адептов открывали вторую, противоположную дверь, ведущую прямо в зал, поэтому девушке абсолютно никто не встретился на пути. Она вылетела на улицу, перепрыгивая через ступеньки, и пронеслась по хрустящему снегу, оставляя следы от сапог.

Плащ, словно крылья Дрона, развевался от немыслимой скорости – так быстро Петриция не бегала даже на тренировочном поле под нескончаемыми пытками Куратора.

В холле общежития у стенки, переминаясь с ноги на ногу, стоял молодой паренек с объемной коробкой в руках. Увидев Петру, он улыбнулся и хотел было что-то сказать, но девушка его опередила:

– Я Петра! Коробка для меня! Благодарю! – не останавливаясь, она схватила коробку и подкинула в воздух горстку медяков, которые паренек поймал с особой ловкостью.

Путь до своей комнаты она даже не запомнила.

***

– Ты забываешься, сын мой! – прогрохотало в кабинете для совещаний.

– Как по мне, так именно вы, отец, уже давно позабыли о том, кто вы! А также о своих обязанностях и обязательствах перед Империей и подданными. Леди эль Абон все чаще занимает ваши мысли, нежели проблемы открытых границ и гибнущие люди.

– Да как ты смеешь так разговаривать со мной? И не смей говорить о Крисцилле! Она чудесная женщина, которая делает меня счастливым! – Император совсем не величественно вскочил с малого трона, сверкая глазами от удушающей ненависти.

– Надолго ли? Через неделю сюда явятся претендентки в фрейлины…

– Я не буду менять… – начал Император, но сын перебил его, резко выставив вперед ладонь.

– Закон за номером пятьсот девяносто шесть о смене фавориток издан более семи веков назад моим дедом. Согласно ему, фаворитки не могут задерживаться при дворе более чем на двадцать лет за всю жизнь. – Тихий голос с ленцой раздражал правителя.