Фальшивая принцесса

Мы же с укором уставились на Кларка. Виви и вовсе покрутила пальцем у виска — местный жест, которому нас научила Крина.

Но это всё мелочи по сравнению с тем, что нам пришлось изучить с Виветтой! Законы тут были просты и суровы. Виноват — отвечай, невиновен — докажи. В основном доказывали в поединке, полагаясь на помощь Размара. Что самое удивительное, Крайлах подтвердил — это действительно работает, неважно, какие физические данные у противников.

— Если ты прав, то Бог тебе поможет. Даст силу, заберёт её у неправого, причём навсегда.

— Ого! — покачала головой. — Если так, то вряд ли откровенные лжецы согласятся на такое.

— Да, чаще всего признаются, чтобы избежать поединка, — Крайл хмыкнул, явно вспоминая курьёзный случай. — Но в таком случае им приходится либо терпеть позор, либо уплывать из Армарии и идти в простые наёмники.

— Что ещё больший позор, это я уже поняла из книг, — вспомнила старинную легенду, которую читала вчера на ночь.

О странствиях Кухыллина, пережившего много горестей, но, в конце концов, искупившего свою вину, пожертвовав своей жизнью в борьбе с иноземными захватчиками.

— Слушай, ну бывают же ситуации, где сложно найти правого. Как тогда быть?

— Приходят к королю в часы открытого приёма, и мы пытаемся найти разумный компромисс.

И тут я поняла, что вот он — мой шанс всё рассказать! Раз они открыты компромиссам, то пора рискнуть! Открыла было рот, собираясь начать каяться, вот только… не смогла вымолвить и слова.

Это что ещё такое?

Кашлянула, попыталась встать, чтобы подойти к шкатулке с драгоценностями и достать оттуда злосчастный кулон, но тело одеревенело.

Похоже, на меня наложили какое-то заклятие. О Богиня, но когда? И как же теперь быть? И не наложили ли на меня ещё что-то куда худшее, которое заставит всё-таки подсыпать яд братьям-королям?

Но на мои вопросы не было ответа. И самое обидное, что Крайлах ничего не заметил[2]! Точнее, он принял моё молчание и вытаращенные глаза за изумление относительно их судебной системы.

— Как ты заметила, мы достаточно тесно общаемся со своими подданными.

Надо было что-то отвечать. Холод сковал мои внутренности, в какой-то момент мне показалось, что если я продолжу упорствовать и поколеблю уверенность мужа относительно себя, то меня скрутит смертельной судорогой. Поэтому я резко выдохнула и неимоверным усилием воли решила отказаться от признания. Сразу отпустило, стало легче дышать.

— Я бы посмотрела на ваш суд.