Фальшивая принцесса

Я принялась было кивать, да так и застыла на середине движения.

— Не надо. — Он подошёл ко мне, дотронулся до руки, позволил себе лёгкое похлопывание. — Не мучай себя сейчас. Завтра Размар тебе поможет. Его божественная сила велика, и пусть он грозен, но справедлив. Откройся ему и не пожалеешь. Иного выхода у тебя всё равно нет, если ты, конечно, не хочешь умереть в муках. Верь мне.

Я стояла, не в силах пошевелиться и даже заплакать. Слёзы скопились внутри, но никак не могли выйти наружу.

— Я ничем не смогу тебе помочь, Крайлах, скорее всего, тоже.

Так что расслабься и готовься. Повторю: ничего лучше ванны с морской солью тебе сейчас не найти. Добавь туда ещё несколько капель этого масла.

Он извлёк небольшой флакон из недр своей чёрной хламиды, сочувствующе кивнул, развернулся и ушёл.

Меня тут же отпустило. Ноги подкосились, слёзы наконец-то хлынули из глаз, а тело сотрясли рыдания. Было страшно, и в то же время его слова вселяли надежду. Слёзы и вовсе принесли облегчение, унеся вместе с собой сомнения.

Да, завтра всё решится, и да поможет мне Размар. Действительно, армарийцы, несмотря на свою суровость, честны и справедливы. В отличие от того же Харника, всего такого светлого, правящего процветающей страной, а на деле готового пустить в расход всех, кто ему мешает. Причём не только меня, но и неугодных королей.

А ведь они ему ничего плохого не сделали! Напротив, Крайл спас его из морской пучины. Да, в Армарию, несмотря на королевский статус, его тогда не пустили, возможно, именно из-за этого он и затаил на них злобу.

Но что поделать, если его не сочли достойным? Значит, уже тогда догадывались о гнилой сути тогда ещё принца Коринии.

Поднявшись наконец с пола, я последовала совету жреца — всё равно было нечего делать, а плакать я устала. После ванны меня так разморило, что не заметила, как уснула. И вот тут-то началось самое «интересное». Мне приснился кошмар.

Я бежала по воде вслед за уплывающим кораблём и изо всех сил кричала:

— Крайл! Это не я! Меня заставили!

Горло пересохло, сердце готово было выпрыгнуть из груди — так сильно колотилось, на глаза навернулись слёзы.

— Вернись! Я не собираюсь тебя травить, и твоего брата тоже, пусть он и невзлюбил меня!

Вот только корабль уплывал всё дальше и дальше, а я с каждым шагом теряла свойство ходить по воде. Сначала ноги ушли по щиколотку, потом одна из них провалилась по колено, следом вторая.