Уездный город С***

Тот сделал плавный круг по комнате и, резко спикировав, выскользнул в широкую щель под дверью.

Титов проводил самолётик взглядом и с некоторым стыдом признал, что напрасно не верил полицмейстеру: вѣщевичка и вправду оказалась хороша. Наверное, лучше всех, с кем ему доводилось работать: всё же уголовный сыск обыкновенно не являлся пределом мечтаний людей с такими талантами. Вот этот фокус с самолётиком, который Аэлита проделала играючи, без подручных средств и заготовок был доступен единицам и говорил как об исключительно сильном даре, так и о редкой умелости, каковую трудно заподозрить в столь молодой особе.

И верно — гений.

— Скажите, Натан Ильич, как вы находите наш город после столицы? — светским тоном осведомилась Элеонора.

— Прекрасно, очень симпатичный и тихий, — вежливо ответил тот.

— Вы потому и решили покинуть Петроград, устали от суеты? — ещё больше оживилась она.

— В некотором роде, — чуть улыбнулся Титов. — От суеты, да и климат вот переменил.

— Климат стоило менять на Севастополь, — со знанием дела заявил Шерепа.

— У нас там море, красота! Вот где жизнь!

— А что же заставило вас, Владимир Семёнович, оставить море и перебраться в эти места? — полюбопытствовал в свою очередь поручик.

— Укачало, — рассмеялся тот. — Наскучило, знаете ли...

— Не слушайте вы его, — оборвала следователя Элеонора. — Он сюда переехал в возрасте пяти лет, сами понимаете, никто его мнением не интересовался. А расскажите, вот вы жiвник. Как же так получилось, что при этом — поручик, а не врач?

— Наверное, потому, что учебное заведение кончал военное, а не медицинское, — с лёгкой ироничной улыбкой отозвался Натан.

— Так вы, наверное, и в Великой войне участвовали? — продолжила расспрашивать Михельсон.

— Немного, — уже вполне явственно усмехнулся поручик. — Да что я там навоевал, всё больше с бумажками, — он махнул рукой, сделав вид, что не заметил, как скисла на этих словах Элеонора и каким задумчивым, недоверчивым и малость насмешливым взглядом окинул его Машков, прошедший Великую войну вольноопределяющимся.

И проговорил, меняя тему: — Расскажите мне лучше подробнее, как в губернии обстоят дела с уголовными преступлениями? Так ли всё сонно, как уверяет Чирков?

— Ну да, сонно, — хохотнул Шерепа. — Слушайте его больше!

Мужчины, порой привлекая Элеонору в роли справочного бюро, обсуждали служебные дела, находя друг в друге если не дружеское расположение, то по меньшей мере уважительную приязнь.