Уездный город С***

Прослушав короткое сообщение, задумчиво кивнула, но тут же сообразила, что собеседник не может её видеть, и добавила вслух: — Он будет. Антон Денисович, вас к Чиркову приглашают, уверяют, что вы просили аудиенции.

— Да-да, конечно, благодарю! Натан Ильич, очень рад был познакомиться лично, надеюсь, вы надолго у нас задержитесь, эта должность явно ожидала именно вас, — улыбнулся Валентинов и выскользнул за дверь.

— Выкурили таракана, — удовлетворённо процедила сквозь мундштук Михельсон, разминая пальцы.

— Жаловаться на тебя побежал.

— В каком смысле? — опешил Титов. — Мы впервые видимся!

— Так он вокруг начальственной должности увивается, сколько я его помню, — фыркнула женщина. — Чуть только ковром Чиркову под ноги не стелился, чтобы его назначили, а Пётр Антонович всё сомневался — видать, чуял. Да таракан он и есть таракан! Тварь зловредная и мерзости разносящая.

— Хм, — глубокомысленно кашлянул поручик и проговорил неуверенно: — Он, конечно, производит впечатление довольно скользкого человека, может быть немного подхалима, но неужели всё так плохо? Мне он, признаться, с первого взгляда как-то не понравился, но я в общем понимаю, почему: не уважаю я таких вот бледных и робких.

Но он, может, болеет чем-то?

— «Робких»! — передразнила Михельсон презрительно. — Вы там, поручик, в своём Петрограде жизни совсем не знаете, но чутьё у тебя есть. Верь ему, и наладится всё.

— На чутьё не жалуюсь, но я, однако, по-прежнему не понимаю, какое отношение всё это имеет к Валентинову.

— Да лярва он, — фыркнула Элеонора сквозь мундштук.

— В каком смысле? — оторопел Титов. Воровское ругательство было ему знакомо, но поручик понятия не имел, как его можно применить в этом случае.

— В буквальном. Да ты иди, иди, не то вернётся — до смерти заговорит, — покривилась Михельсон. — Я-то привычная, на меня где сядешь — там и слезешь, а ты пойди лучше, погуляй.

— Погодите, а уборку-то вы вчера ради него затевали, что ли?

— Не ради, а против, — назидательно сообщила женщина.

— Ежели какая полезная для общества работа происходит, то это верный способ не видеть рядом Валентинова: боится, что привлекут. Оно, конечно, на один-два дня хватает, дольше баклуши бить с изображением бурной деятельности не выходит, но и то хлеб. Всё, иди, поручик, некогда мне тут с тобой.

Натан с подозрением глянул на делопроизводительницу, вновь принявшуюся щёлкать клавишами, но ничего говорить не стал.