Бес и Купидон

 

— У неё даже есть имя, — улыбнулась, ощутив прилив странного тепла в груди. — Это твой друг так её назвал? А где он сейчас?

— Я убил его, — коротко сообщил он, ссутулив плечи, и тени набежали на его лицо.  

Я тихо ахнула и отвернулась. И почему-то иррационально захотелось вновь обнять Беса. Он казался несчастным. Какой же странный этот мир. Никогда не чувствовала ничего подобного. 

Мы вступили в темень здания. Дождь остался позади, но холод проникал под промокшую одежду, мешал сосредоточиться.

Бес шёл уверенно, словно успел изучить здание вдоль и поперёк. Несколько раз мы обошли камеры слежения. Я уговаривала демона спускаться ниже. И лишь, когда мы достигли подвалов, поняла, что точно ощущаю близость божественного предмета. 

— Под землёй? Нимб мне в ребро, — зло пробормотал Бес и топнул ногой в порыве злости. 

Глава 7

— Ангел, — позвал я.

— М?

— У тебя даже задница сердечком, ты в курсе?

— Тебе виднее, — проворчала Лестра, отмахиваясь от прыгнувшей ей в лицо крысы.

Я вовремя пригнулся и тварь пища и треща электричеством пролетела надо мной. После чего я придал ей ускорение ногой.

—  Ещё бы. Мы ползем по этим катакомбам уже два часа. Я думал, ты знаешь, куда нужно идти.

— Не брюзжи, Бес, — пробормотала она, пригибаясь в особо узком месте. В очередной раз подивился эластичным свойствам её комбинезона. — И хватит скрести рогами потолок. Раздражает.

— А меня раздражает твоя задница перед носом.

— Можем поменяться, — Ангел приостановилась, взглянув на меня лукаво через плечо.

— Только контролируй свой хвост. А то снова обвинишь меня в том, что я к тебе… подкатываю… — она улыбнулась, припоминая состоявшийся не так давно разговор. 

— Если бы дело было только в хвосте, — пробормотал про себя, махнув рукой, чтобы двигалась дальше.

Не знал бы, с кем общаюсь, решил бы, что она флиртует. 

После того, как выяснили, что стрелы находятся под зданием, мы вернулись к мобилю. И в ходе почти часовых изысканий, отыскали схему старых катакомб.

Ангел хвасталась невероятной памятью, и я ей доверился. И вот мы ползли по грязным и вонючим тоннелям. Два часа! Я начинал медленно закипать. Тем более, история, в которую я вляпался, пахла намного неприятнее катакомб. Передо мной ползла, наверное, самая чистая душа всех миров, но с силой, равной серафиму. Её зачем-то преследовали. И нам предстояло выяснить причины. 

— Мы близко, — объявила Лестра. — Здесь решётка. 

— Подожди, я пойду первым.