Ателье големов

Местные скульпторы наоборот находили максимальное уподобление големов людям, как бы это правильнее назвать… пикантным. Мне-то помогал дар, а лишённые магии люди иногда путали творение чьих-то беспокойных рук с обычными гражданами Кёрна.

Вот только как донести это до Мейхельдо? Он ведь даже из города без меня выйти не сможет - стоило мне открыть тот ящик, в котором Август его сюда доставил, и подтвердить, что я его принимаю, связи между големом и владельцем закрепились. Тем более, что моей магии в нём и без того было предостаточно, ещё со времён первого исцеления.

- Макхая, я тоже мысли читать не умею.

- Я не могу вернуть тебе твои воспоминания. Никто не может - ты вообще не должен был себя вспомнить, даже после извлечения кристалла. Таких случаев не было.

Отворачиваюсь от всадника к рабочему столу. Надо бы реактивы закупить, а то все составляющие мышц я уже потратила, а мне ещё четыре собаки предстоит создать. В углу за защитным стеклом слабо мерцает тазик, в котором плавает особая железа, напитываясь раствором, в котором Верэя и оставила отпечаток своей силы.

Мейхельдо не уходит.

Взгляд прожигает затылок, я почти повожу плечами, будто это поможет избавиться от некомфортного ощущения, но отбрасываю порыв, словно это будет демонстрацией страха перед хищником. Хотя, наверное, именно ею это и будет. Всадник продолжает сидеть за моей спиной, раздражая звуками дыхания и отвлекая своим присутствием от работы.

- И что ты мне предлагаешь делать?

- Я могу тебя добить. Потому что вернуть тебя в степи невозможно, сделать из живого человека голема - у меня рука не поднимается, а отпустить тебя в вольную жизнь я не могу.

Тебя всё равно сюда вернут.

- Почему? - он действительно не знает?

- Потому что по законам Кёрна после работы над тобой королевских скульпторов ты приравниваешься к големам. И даже то, что я убрала из твоей головы все контролирующие системы, этого не отменяет. Для местных ты, ну, не вещь, но что-то вроде домашнего животного.

Звучит отвратительно. Если бы такое сказали мне… я бы наверняка впала в тоску.

С каким исходом - большой вопрос, я-то живучая, морально устойчивая, а как отреагирует этот гордый сын степей - даже богам не известно. Мужчина молчал, только лицо едва менялось, отражая ход мыслей. Пусть переваривает. Я успела засунуть руку в собачий череп практически по локоть, когда всадник встал с сундука, обвёл лабораторию глазами - и вышел.

Надеюсь, Рикси за ним присмотрит. Не хотелось бы неприятных сюрпризов.