Стёртая печать

На её родине, где почти всегда было холодно, не было таких вот лестниц. Не было и арочных больших окон. Незачем. Зимой слишком холодно, а топить дорого. В приходе же окна и вовсе были узенькими, в них едва ли можно было что-то рассмотреть. Здесь же всё буквально дышало.

— Вот, номер пятьдесят четыре, — сказала мисс Фрогель и открыла ключом дверь. — Проверка, девочки.

Послышался визг. И крупная Фрогель раскатисто засмеялась грудным смехом.

— Ага, давайте-ка подбирайте своё белье, и я ещё помню, Мэри-Луиза, что у тебя запрещённый кипятильник!

— Нет у меня ничего! — воскликнула тощая блондинка с капризными губами.

— Новенькая. Как зовут-то? — спросила мисс Фрогель.

— Диана, Диана Ковальски.

— Ордер с собой?

Диана вынула сложенный вчетверо ордер на жильё и положила на раскрытую ладонь коменданта Фрогель.

— Ты, кстати, почему не на работе? — спросила мисс Фрогель у Мэри-Луизы. — Опять уволили?

— Ничего не опять! Выходной у меня.

— Ага, знаю я твой выходной. Но раз ты тут, всё и покажешь ей. Правила простые, кипятильники нельзя! — громогласно сказала комендант, и Диана вжалась в дверь. — Электричество дорогое, и пожара мне тут только не хватало. Внизу есть вода, дважды в день кипячу. Можно платить за питание, выйдет дешевле. Душевые и туалет на этаже. В десять отбой, никаких гудежей и никаких джентльменов, — при этом мисс Фрогель взглянула на ту самую блондинку. Та закатила глаза. Вторая девушка едва заметно усмехнулась.

— Поняла.

— Хорошо, за бельём зайдёшь после обеда. За его стирку отдельная плата.

— А где можно постираться самой?

Комендант окинула её оценивающим взглядом.

— Через дорогу есть прачечная. Можно постирать там. Если есть лишние деньги просто сдать.

Мэри-Луиза фыркнула.

— Лишние деньги, как же… Обдираловка в каждой лавочке.

— Ты бы лучше работала, а не критиковала республику.

Мэри-Луиза скривилась.

— Не стой столбом, вон твоя кровать, у окна, — Фрогель указала на простенькую деревянную кровать.

— Нас и так тут трое! А вы опять подселяете девочку, по норме…

— Про нормы будешь в другом месте говорить, — сказала Фрогель, указав на Мэри-Луизу толстым пальцем. — Вы одни втроём живёте! И Мэри-Луиза, я предупредила. Если опять выбьет пробки…

— Да поняла я! — обиженно сказала девушка. Она достала из верхнего ящика тумбы небольшое зеркальце. Когда дверь закрылась, Мэри-Луиза показала язык.