Три мести Киоре 2

Глухая вибрация, похожая на топот, прошлась по земле, и Киоре затаилась, ожидая своего шанса на спасение — дорога здесь одна, и иначе, чем в монастырь, некто ехать не мог.

Всадник спешился и пошел к дверям в монастырь, даже не привязал коня. Вот и шанс! Рывок, и она в седле, бьет пятками по бокам коня — и вперед, прочь!..

И вот уже из-под копыт животного летит грязь, а позади остаются и ворота, и растерянный человек…

«Только бы хватило сил», — стучала в висках мысль.

***

Спокойствие в доме Джеммалсона закончилось, когда в дверь постучали.

На пороге оказался кучер, взволнованный, запыхавшийся и заикающийся от ужаса.

Джемма проводила его в гостиную, насильно усадила, но мужик тут же вскочил, увидев Дорана.

— Ваше сиятельство! Ваше сиятельство! — всхлипывал он, сложившись пополам в поклоне. — Ваше сиятельство!..

— Что случилось?

— Баронета пропала! — выл мужик. — Ваше сиятельство! Нет ее ни в «Вепре», ни в городе — никто не видал, никто ничего не слыхал! Спать-то она легла, сам видел, но мне понадобилось к ней зайти, спросить… А там! — он сбился, потому что не хватило воздуха, но, вдохнув, продолжил.

— А я поднялся, а там — никого! Пропала, ваше сиятельство!.. Что ж делать-то?!

— Поразительная неусидчивость, — нахмурился он.

— Да куда ж ей бежать теперь и зачем? — удивилась Джемма и поднесла замолчавшему кучеру кружку вина. — Вы пейте, пейте…

Через полчаса Доран стоял в комнате в «Вепре». Все вещи лежали на месте, нетронутые, ни следов борьбы, ни следов того, что здесь что-то искали. Шума никто из постояльцев тоже не слышал.

Еще через полчаса он стоял в гостиной герцога Миста, который ворчал и злился, что его разбудили. Еще через пару минут старик согласился отдать под начало Дорана часть своей личной гвардии, и люди, получив словесное описание, отправились на поиски девушки, сам же он верхом на коне отправился в монастырь.

Темно, и ехал он практически на ощупь, уповая лишь на собственную память.

На ощупь сейчас Доран шел и по жизни, окутанный пеленой неизвестности, такой же непроницаемой, как ночная тьма.

И, задумавшись, он не услышал, не заметил у монастыря чужака. Увидеть успел только спину кого-то тощего, кто быстро и ловко увел его коня, пока он стучал в ворота.

Что-то щелкнуло, что-то стукнуло, раздались легкие шаги, словно кто-то убегал, но Дорану никто не открыл. Он стоял у каменной стены и чувствовал себя полнейшим ослом. Что-то случилось, чего он не знал… Неведение раздражало.

— Открывайте! Именем императора! — выкрикнул он.