Три мести Киоре 2

Киоре слышала его дыхание, как наяву видела касавшиеся земли туманные лапы, чувствовала, как прожигали ее синие глаза. Хвала герцогу с его модными, резными воротами! Вскарабкавшись по ним, упала на территорию особняка, откатилась за миг до того, как чудовище врезалось в забор и зашипело, заскулило — во дворе горели свечи.

Киоре спряталась в тени, распласталась на земле и затаилась: на шум выглянула охрана, которую Доран, по-видимому, из-за опасности перевел в дом. Успокоившись, повернулась и зашипела: бок еще заживал.

Переждав приступ боли, забралась через окно на первый этаж, а уж попасть в кабинет оказалось и вовсе простым делом: слуги спали, двери и полы не скрипели.

— Я так и думал, что ты придешь…

Доран сидел за столом у газовой лампы — видимо, ненамного дольше нее он задержался во дворце.

— Расскажи мне, что ты знаешь о Сореноре.

Доран отложил папку, которую до этого читал. Он сидел в белой рубашке, расстегнутой на пару пуговиц, с закатанными рукавами, но идеально зачесанными волосами.

Откинувшись, он скрестил руки на груди. Красивый. Грозный.

— Назови мне хоть одну причину, по которой я должен тебе ответить.

— То есть мы больше не сотрудничаем? — удивилась она, присаживаясь на стол перед герцогом и копируя его позу. — Я, значит, тружусь на благо империи, всякую падаль уничтожаю…

— В этом и дело. Зачем было убивать Освеша? Он итак сошел с ума.

— Неужели вести так быстро дошли в столицу? Монахи что, пользуются кристаллами связи? — удивилась она.

— Я приехал в монастырь к его остывшему трупу, Киоре, — холодное, строгое замечание.

— Представь, как я был рад!

— Ну-ну, меньше злости, твое сиятельство! — она слезла со стола и отошла подальше от мужчины. — Так и скажи, что я лишила тебя шанса его допросить,— она игриво качнула головой. — Я говорила, что убью всех, кто причастен к смерти посольства. Я добралась до него раньше тебя, и всё. Такова судьба!

Доран поставил локти на стол и опустил подбородок на сцепленные руки.

— Зачем тебе нужен Соренор, Киоре?

— Хочу поговорить о прошлом? — она наклонила голову к плечу.

— Что тебе сказал Освеш?

— Кажется, у нас тупик, — с сожалением заметила она. — Ты не хочешь говорить о Сореноре, я — об Освеше.

— Эльвено Соренор, имеет титул графа. Стареющий холостяк, женат никогда не был. Затворник. Собственно, всё, что о нём можно сказать.

Что-то подобное Киоре смутно о нём и помнила. Чудак, который с ласковой улыбкой приходил к ним в дом, а потом отдал приказ убить.