Танака Кайоши

— Расскажи-ка лучше, кем ты была до всего этого, или как ты жила.

— Тебя это завлекает?

— Ага! Мы с Кайоши уже успели рассказать частичку себя друг другу, так что ты тоже присоединяйся!

…

— Я очень сильно рада за вас, только, к сожалению, мне это было незнакомо.

— Ах… Да. Извини. Давай-ка тогда ты первая расскажешь про себя, а позже мы тоже.

Шана не долго думала, она сразу же ответила:

— Хорошо. … Прошу простить, Рикки, я не особо не поняла твой вопрос.

— Ничего страшного. — произнес я.

— Лучше расскажи про свое детство. Каждый из нас пережил то, что так сильно хочет сказать друг другу.

…

— Поняла.

Шана начала думать, вспоминая все, что с ней тогда произошло. Можно было ждать от нее историю, совсем не похожую на трагичную, как у бедной девочки Рикки. Увы, я был прав… — история Шаны была совсем другой, лучше, чем у всех нас, чтобы она могла быть в тысячу раз мечтательнее тому, кто желал солнечного света перед собой.

— Я была из благополучной семьи, мои родители были финансово богаты, владели множество крупными предприятиями, от чего мы имели огромное состояние.

Я жила, как все дети, имела свой личный особняк, занималась…

— Особняк?! — мгновенно перебила ее Рикки.

— Да. Ты правильно услышала. У меня был особняк, откуда выходил прекрасный солнечный вид. У меня было все: и хорошая жизнь, и ни в чем не отказывающие любимые родители.

……

— Даже богатство не могло дать мне друзей. Меня всегда брали с собой в различные гости, где всегда встречала новых или же знакомых мне друзей.

Они тоже были из богатых семей, мы смогли найти общий язык… однако я хотел не того, что имею. Я не считала их друзьями, в них не было того, что могло характеризовать дружбу. Я была во всем счастлива, только мне этого не хватало. … Мне кажется, вы здесь тоже из-за того, что со мной случилось.

— Что именно произошло в эту минуту? — спросил я ее.

— … Мне… больно вспоминать. Ты извини меня, все плохое должно быть забыто раз и навсегда.

…

Шана быстро закончила. Как и говорил, ее история сильно отличалась от всех наших, имея одинаковый конец. Она не хотела это вспоминать, никто не хочет этого вспоминать. Наше горе закрепилось у нас навсегда, чему суждено каждому, оказавшись в своем страшном сне. Повернувшись, она увидела Рикки не совсем такой, какой привыкла видеть за весь день — она сильно грустила, в ее глазах виднелись мелкие капли, которые не собираются выходить.