Парижские тайны. Том 2

Франсуа, хотя он испугался, как и сестра, неподвижно застыл на месте. Однако после упомянутого нами сильного удара ставень не открылся; гробовая тишина царила теперь в доме.

Марсиаль больше не звал детей.

Немного успокоившись и движимый сильным любопытством, Франсуа решился осторожно приотворить окошко, и теперь он старался разглядеть сквозь щели в ставне, что же происходит снаружи.

– Будь осторожен, братец, – прошептала Амандина; услышав, что Франсуа отворил окно, она приподнялась на своем ложе.

– Нет… ночь такая темная.

– И не слышишь ничего?

– Нет, ветер так громко свистит.

– Тогда прикрой… прикрой же окно!

– Ага! А вот теперь я что-то разглядел.

– Что ж именно?

– Я вижу свет фонаря… он светит то тут, то там.

– А у кого он в руках?

– Я различаю только свет… Вот он приближается… теперь слышны голоса.

– Кто бы это мог быть?

– Слушай… слушай… это Тыква.

– А что она говорит?

– Говорит, чтобы крепче держали лестницу.

– Ах, теперь я понимаю! Когда они тащили большую лестницу, она упиралась в наш ставень, от этого и был такой шум.

– А теперь я больше ничего не слышу.

– А что они с этой лестницей делают?

– Больше ничего не могу разглядеть…

– А что-нибудь слышишь?

– Нет.

– Боже мой, Франсуа! Может, они для того потащили лестницу, чтобы залезть через окно в комнату нашего брата Марсиаля?!

– Вполне возможно.

– А что, если ты чуть-чуть отодвинешь ставень и посмотришь?

– Не решаюсь.

– Ну совсем капельку…

– Нет уж, нет. Коли мать заметит!..

– Такая темень стоит, что никакой опасности нет.

Франсуа нехотя выполнил просьбу сестренки, приоткрыл слегка ставень и стал смотреть.

– Ну что там, братец? – спросила Амандина: преодолев свои страхи, она встала с постели и на цыпочках подошла к брату.

– При свете фонаря, – сказал мальчик, – я вижу Тыкву, она стоит внизу и держит лестницу, они прислонили эту лестницу к окну Марсиаля.

– А дальше?

– Николя взбирается по лестнице со своим топориком в руке, топорик блестит на свету.

– Ах, вы еще не спите и шпионите за нами! – внезапно послышался громкий голос вдовы: она снаружи грозно прикрикнула на Франсуа и Амандину.

Войдя на минуту в кухню, мать увидела луч света, пробивавшийся сквозь полуотворенный ставень.

Бедные дети забыли погасить фонарь в своей комнатушке.