Шелковый дар

— Дальше не пойдем? Я думал, там твой дом?

— Да, — в голосе Тайи прозвучало напряжение, которого раньше не было. — Там мой дом. Но сейчас я проведу тебя к твоему. И ты спустишься вниз. И больше сюда не придешь.

— Но почему? — искренне удивился Карин, не ожидавший такой быстрой перемены в настроении спутницы. Минуту назад ей все нравилось, она смеялась и шутила. А теперь почти рычит на него, еще и говорит не приходить. — Давай еще встретимся, а?

— Нет! — выкрикнула Тайя без колебаний. Эхо отнесло ее восклицание в темноту, а потом вернуло в многократном повторе.

Отчего она совсем побелела и затравленно оглянулась за спину.

Карин упрямо сжал ее пальцы, а потом еще и обнял.

— Постой немного, я согрею тебя. Ты совсем замерзла, так и заболеть недолго.

— Пусти! — Тайя с усилием выдернула руку и с силой толкнула ошарашенного парня к просвету между деревьями. Он совершенно не осознавал опасности нахождения рядом с мавкой. Он, видимо, вообще не понял, рядом с кем гуляет и кого держит за руку.

Но умудрился между прочим очаровать нежить. — Уходи, быстро!

— Мы...

— Да, хорошо! — выдохнула Тайя, поняв, что по-иному она не заставит человека убраться из леса. Подальше от ее подруг, которые уже совсем близко, она чувствовала их злобное дыхание и почти читала их зловещие желания. Которые в какой-то момент разошлись с ее собственными. — Завтра, в это же время. Моя семья рядом, не нужно, чтобы тебя увидели.

Карин, получив обещание, тут же выбежал на тропинку. Чтобы не попасться на глаза отцу или брату девушки, как он полагал.

И ей не влетело за ночные прогулки с мужчиной. Никем не замеченный, вернулся в избу и тихо лег на свое место за перегородкой, чтобы остаток ночи прокручивать в мыслях каждое сказанное слово снова и снова.

И встать утром почти больным и полностью разбитым. Страшная слабость охватила каждую мышцу, и Карин не был уверен, что сможет удержаться на ногах. Вторак даже потрогал его лоб, думая, что вернулась лихорадка. Солн заметил, что парень слишком бледный и холодный.

Все утро Карина трясло в ознобе, не помог даже горячий отвар, принесенный теткой Фаттой, женой купца. Под пристальным взглядом самого хозяина парень обжигался питьем, проливая часть на стол из-за дрожащих рук. Однако поблажек ему купец давать не собирался. Бросил на лавку скрученный кольцом лык и велел работать. Солн позволил себе незаметное сочувственное похлопывание уже почти товарища по плечу прежде чем уйти за отцом.