Шелковый дар

Карин дернул щекой, потом отрицательно покачал головой: не упырь это, и не поможет кол, хоть с ног до головы истыкать им несчастного.

— Готовьте костер, — после недолгих размышлений сказал лекарь. Склонился над сидящим на пятках у лавки Карином, чтобы прошептать: — Видел таких раньше?

Отвечать жестами становилось все сложнее, чем больше появлялось новых собеседников. Тем более, когда все вокруг особо не усердствовали и прямо выражали свои мысли обычным языком.

Карин почти решился ответить, как снова вспомнил угрозу купца.

Еще и в свете подслушанных подробностей, что это непонятное ему существо, напрочь исчезнувшее из памяти, может его искать, решил не проверять, насколько решительно настроен Гостята. Поэтому просто покачал головой, показывая, что нет, не встречал. Он просто знал, что поступить следует именно так. Так же, как и то, что штаны следует надевать на ноги, а не на руки.

Бел отпустил Карина домой поздним вечером, когда на небе уже засветились звезды. Провожаемый любопытными взглядами, он свободно шел по улице.

И это ему понравилось. Возможно, роль ученика ему подойдет в этом селе. И он останется рядом с ельником. И с Тайей сможет видеться не только украдкой.

На крыльце его встретил Вторак.

— Отец сказал, вы сожгли соседа? — взволнованно заблестел глазами мальчишка и Карин тяжело вздохнул: похороны, пусть и такие — не то событие, которое должно вызывать подобный восторг. У Гостяты длинный язык.

— Держись подальше от собак, — все, что он мог сказать. Одна из них, судя по увиденному, не совсем и собака.

Из окна раздался оклик тетки Фатты, зовущей ужинать, и Карин опять замолчал.

* * *

Всю ночь Тайя ждала Карина, который так и не появился. Куталась в его рубаху, пинала ногами шишки, распугивая зверей, считала звезды в просвете между кронами, на которые обычно и внимания не обращала — светят и светят. Досадовала на себя, что прогнала его, потом на него, что послушался и не вернулся.

К утру решилась спуститься вниз по тропинке, ближе к селу — может, сможет увидеть его хоть глазком.

Может, задержал кто. Или уснул так крепко.

Из головы все не шли его слова о русалке, которая обещала вернуться, и собственное волнение по этому поводу поставило Тайю в тупик. Хотя русалке среди леса взяться неоткуда, и переживать-то было не о чем, но невесть откуда взявшееся чувство собственницы по отношению к живому человеку и желание, чтобы он таковым и оставался — это не было похоже на нее. А ноги сами несли вниз, к редким огонькам просыпавшейся Холинки.