Шелковый дар

— Подружку твою, люди говорят, оборотень покусал? — прямо спросил мальчишка, как только его отец оказался вне предела слышимости.

— Не говори ерунды... — простонал Карин, зарываясь еще глубже в наваленную на него гору тряпья. Голос прозвучал сипло, словно не принадлежал ему. — Что ж так холодно-то?

Вторак оглянулся назад, в окно, за которым солнце припекало так, что впору было под ним картошку жарить. Почесал затылок. Решил не говорить очевидные вещи, что лето на дворе и холодно быть никак не может.

— Браги хочешь? — страшным шепотом осведомился у трясущегося парня.

— Отец говорит, что как выпьет, так сразу в жар кидает... Аж потеть начинает весь...

— Тащи.

От первого глотка Карин передернулся. Вопросительно глянул на Вторака, который наблюдал за ним с заметным интересом.

— Ни пил, что ль, никогда?

Карин помотал головой. Горечь редкостная, что вкусного — он не понял. Хлебнул еще, раз купца в жар кидает от нее. Вот после третьего глотка внутри заметно потеплело, и Карин уже с большим воодушевлением осушил кружку.

— Давай еще, — протянул ее мальчишке, который тут же побежал за добавкой.

После третьей кружки Карин вылез из-под покрывал и принялся обмахивать краем рубахи горевшее лицо.

— Хорошо? — спросил мальчишка.

— Хорошо... — протянул Карин. Голова начала себя странно вести, и стены иногда прыгали в сторону. К тому же захотелось срочно поговорить о важном, поэтому улегся на живот, подпер руками голову и уставился на Вторака.

— Еще? — удивился товарищ.

Сейчас как вернется отец, как увидит, чем они занимаются, так сразу плеткой, что на стене висит для лошади, и огреет обоих.

— А ведь красивая она, — чуть подумав, решил Карин.

— Кто? Лошадь наша? — Вторак думал о своем, поэтому изумленно вытаращился на парня.

— Тьфу ты, — плюнул Карин. — Тайя...

— А. Подружка твоя. Не знаю, не видел, — Вторак удобнее устроился на покрывалах. — Но говорят, девки наши косы жуют от зависти.

— Мм, — стало почему-то приятно при мысли о том, что Тайя затмила всех в селе.

Карин мечтательно улыбнулся, глаза заблестели еще ярче. — Это она ко мне пришла.

— От оборотня она бежала, — проворчал Вторак. — Ишь ты, нос задрал... Гляди, как споткнешься...

Карин нахмурился, сел, потом стукнул кружкой по полу.

— Еще есть?

Выпитого было явно недостаточно, чтобы свалить рослого парня с ног. Но язык у него начал заплетаться, как и мысли. Это развеселило мальчишку, и он приволок всю бутылку, которую и вручил Карину.