Когда впервые видишь так близко...

"От опасности и переживаний ты сможешь оградить ее. - прозвучал в голове голос Галадриэль, - Но сможешь ли ты уберечь ее от самого себя, Трандуил?"

"Нет, Галадриэль, - посылаю весть в ответ, - от себя - не смогу..."

И, делая маленький шаг вперед, замираю. До моего слуха доносится песня. Тихая, но отчетливо различимая. Голос Арантиэль заполняет меня изнутри, сердце наполняет священный трепет. Но ее губы неподвижны.

"Что... что это, Галадриэль?"

"Она больше не говорит. Голос покинул ее. Скоро, очень скоро она забудет звучание собственного голоса, и мы будем слышать лишь образы ее мыслей.

"Ей можно как-то помочь?"

"У меня не вышло. - издалека донесся вздох, - Ты сможешь попробовать заговорить с ней лишь через пару дней. Но сейчас ты вправе совершить первый шаг на пути прощения... Решай, Трандуил. Чему быть, а чему нет... Решай. Иначе рискуешь потерять ее навечно. Но будь осторожен - ее разум сейчас бескрайне светел и необычайно хрупок. Не вздумай обидеть ее, иначе мы все потеряем ее раз и навсегда.

И больше Галадриэль ничего не говорила, оставив меня наедине со страхом ошибок, с болью в сердце. Наедине с ней. Я тихо двинулся вперед, снимая с себя мантию. Подошел к Арантиэль и накинул на ее неприкрытые плечи. Она вздрогнула и резко повернулась ко мне, от чего птицы разлетелись в стороны, напуганные резким движением. Я смотрю на нее - бледную и больную. И одними словами не передать, сколько в ее глазах боли. Я почти проваливаюсь в нее, словно в бездонный омут, словно во тьму беззвездной и безлунной ночи, в которой так жутко даже вздохнуть лишний раз.

...И вздрагиваю, когда она касается моей головы. Сначала осторожно гладит, затем начинает перебирать волосы по прядям. Арантиэль не обладает магией, но от ее прикосновений боль, которую я испытывал, постепенно притуплялась.

~*~*~*~

Мне нравилось перебирать его волосы.

"Скоро будет новая война... - достигла моего слуха удрученная, печальная фраза, - Останься здесь, во дворце. Мое сердце будет спокойнее, если ты будешь в безопасности."

"Когда вы выдвигаетесь?" - мне действительно важно знать.

"Я дал Леголасу пять дней на сбор отрядов, потому через три дня мы выступаем."

Не стала сообщать ему, что буду переживать и за него, и за его сына. Да и не было в этом смысла, думаю, он и так понимал.