4. Нестоличная штучка

Король обозлился:

– Я-то думал, ты умная и изворотливая, а ты…

Элина решила, что если Витерий произнесёт вслух слово "тупая баба", она кликнет Рэйшена, и будь что будет! Ну что за король такой, то холоден, как айсберг, то бесится, как цепной пёс! И главное – совершенно непредсказуемый! Истеричка, а не мужик!

Витерий вовремя замолчал, ожидая хоть какой-то реакции от Элины. А та всё рассматривала и рассматривала подпись внизу письма.

– Квирк… Квирк… Это же брат королевы, так?

– Ну конечно, кто же ещё!

– Ну, мало ли Квирков на свете…

– Поверь, мало! И он собирается ехать сюда!

– Он спрашивает разрешения, – Элина потрясла письмом.

– Это формальность, – устало молвил король. – Ему явно донесли об изменениях при дворе, вот он и несётся сюда, проверить, не обижают ли его сестру.

– Да и пусть себе едет! – пожала плечами Элина. – Ну, разве что ты можешь ему это запретить.

– Это было бы неразумно.

– Так пусть едет.

– А потом он захочет увидеть королеву…

Элина призадумалась.

– Пожалуй, это ни к чему. Так и скажешь. В конце концов, ты здесь король и полный хозяин своего зáмка. Нельзя, и всё.

Витерий усмехнулся. Простолюдинка. Торговка. Что она понимает? Квирк получит отказ, и это станет причиной начать какой-нибудь бунт на Южном побережье. Начнёт, видимо, с неуплаты налогов и податей, как начал покойный Руфус Жадвиль, а потом…

Элина была простолюдинка и торговка, но давно, у себя дома, она много читала.

И училась хорошо. Она усмехнулась:

– Не выпускай Квирка из замка. Убери от него его людей, дай своих. Будет буянить – запри его. В подобающих покоях, но под охраной своих верных людей. Его свиту заточи в казематы. Здесь, в замке, есть же какие-то подземелья, камеры или что-то в этом роде? Королева и её брат не должны видеться и мутить воду.

Глава 67

Долго пришлось Рэйшену простоять, дожидаясь Элину. Стражники у дверей даже начали подсмеиваться над ним, но Рэйшен не обращал на них внимания.

Он изо всех сил прислушивался к тому, что происходит там, за дверью. К сожалению, он почти ничего не услышал, как ни напрягал слух. Разговор иногда становился громче, будто собеседники спорили или ссорились, а потом вновь затихал.

В конце концов Рэйшену всё надоело, и он принялся гадать, удалось ли его товарищам поговорить с людьми, расспросить их про Забару и его привычки.