Инифинт

— Ты на что-то намекаешь? Говори.

— Зачем вы прогнали Умари? Ведь он спас вас, — поинтересовался Фарли и взял мажорный аккорд.

— Откуда ты можешь знать об этом? — нахмурилась королева. — Ты что, какое-то отношение имеешь к этой истории?

— Я?! — руки Фарли замерли над клавиатурой. — Разве Умари ничего не рассказал вам?!

— А что он должен был рассказать?..

***

…Недавно в погреба дворца из Славии привезли несколько бочек восхитительного вина. Фарли очень увлекался выдержанным вином — в пределах разумного, конечно, — и ему хотелось узнать названия вин, сорт винограда, год производства… Фарли попросил сомелье показать ему карту вин, составленную к банкету, но тот с важным видом заявил, что не собирается раскрывать секретную информацию раньше времени.

Тогда Фарли похитил у него карту вин, чтобы тайно изучить её. Этим он собирался заняться в пустующей почти всё время гостевой комнате дворца. Только-только он успел раскрыть карту, как увидел, что двое придворных идут в его сторону. Это были сын министра иностранных дел и посол, прибывший утром из Люберии. Фарли, вместе с картой, нырнул за портьеру, в надежде, что Вильд и посол пройдут мимо; но услышал рядом с собой скрип кожаных кресел. Молодой человек сначала досадовал, что вынужден сидеть за пыльной портьерой: вылезти уже было неудобно; но вскоре понял, что должен благодарить судьбу, заставившую его невольно подслушать чужой разговор…

Посол заговорил по-люберийски:

— Ну что, Вильд? Я привёз королеве послание от её суженого.

Принц и Её Величество по-прежнему жених и невеста… Судя по всему, ваше дело не сдвинулось с мертвой точки?

— Письмо будет написано, — сказал Вильд на том же языке.

«О чём это они?» — с интересом подумал Фарли: люберийский язык он отлично знал.

— Я должен приехать на родину с хорошими вестями… У вас было два месяца! Чем вы занимались? Может быть альковные приключения так увлекли вас, что вы забыли о деле? Вас настоятельно просили поторопиться.

— Вы же знаете, господин посол, — я равнодушен к блондинкам.

Я пренебрёг вкусами ради дела. В Люберии должны были это оценить!

«Боже! Неужели это они о королеве? — Фарли даже испугался подобной вольной формулировки. Как и все во дворце, он, конечно, знал о романе Её Величества с сыном министра иностранных дел. — Как он смеет говорить так цинично?! Так он вовсе её не…?»

— Поймите, — веско сказал посол, — герцог рассчитывает на вас! Свадьба не должна состояться, а до неё остался ровно месяц.