Целительница

Она стянула с Веры пуховик, заставила снять штаны, и все это вместе с валенками положила сушиться на печь.

- А теперь рассказывай, чего ревешь?

Вере было и стыдно, что только и делает, что льет слезы в этой деревне, и успокоиться не могла. Видно, нервы пошатнулись окончательно в последние дни. Столько всего навалилось, что неустойчивая психика дала сбой. Приедет домой, пропьет курс успокаивающего и заживет мирно и счастливо. Стоило подумать о доме, как слезы полились с новой силой. Заикаясь и всхлипывая, рассказала она бабе Маши о своих трудностях.

Подробно передала содержание беседы с Никитой.

- Ох Никитка, сухарь чертов! Других слов не нашел, чтобы правду выложить.

Баба Маша сокрушенно покачала головой, пряча глаза от Веры. Этот факт насторожил до такой степени, что слезы высохли, как по волшебству.

- Баб Маш, а что вы имеете в виду?

- Вот что милая, не буду и я ходить вокруг да около. Застряла ты у нас, деточка.

- Как застряла? Неужели никто-никто не поедет в Богородское?

Баба Маша смотрела на нее, как на убогую.

Но Вера не сердилась, потому что знала – не со зла. Только отчаяние затапливало по макушку. Даже дышать нечем стало в жарко натопленной избе.

- Как же так? Что же мне делать?

Спина отказывалась держаться прямой. Вера согнула ее колесом и уткнулась в колени.

- Что же мне делать? – повторила она, и голос прозвучал глухо и трагично.

- Ты вот что! Перестань-ка тут конец света разыгрывать! – вдруг непривычно строго заговорила баба Маша. – Подумай, как следует, что страшного может случиться, если ты окажешься дома не раньше, чем через два месяца?

Вера задумалась.

Родители будут волноваться, но им она напишет в первую очередь, что-нибудь придумает правдоподобное. На работе отпустили ее всего на две недели. Но спасибо Самоделкину, трудиться она сможет и дистанционно – отправлять статьи и получать задания по почте. Конечно, интервью ни у кого брать не получится. И то не факт. Все зависит от темы, а интересных людей вокруг полно. Взять того же Василия Самоделкина. Макс будет волноваться. Хотя это вряд ли. Что-то ей подсказывало, что дружба с Максом в один мин сошла на нет. И теперь ей нужно привыкать обходиться без него.

Тяжелый вздох вырвался их легких. Вера подняла голову и посмотрела на бабу Машу.

- Ну что надумала, красавица? – улыбнулась та, отчего по лицу разбежались мелкие морщинки, делая его еще добрее.

- Думаю, никому особо я не нужна. И два месяца без меня точно не пропадут.

- Это ты зря. Кому-то ты ой как нужна.