Целительница

- Отлично!

- Тебе никто не говорил, что читать чужие файлы неприлично?

- Вер, ты чего? Забыла, что я твой агент?

- Был, - уточнила она. – С этим покончено.

- Я бы так не сказал. И знаешь что? Этот роман у тебя получается дико супер мега пупер интересным.

- Скажешь тоже, - хмыкнула она, не подавая вида, как польстила ей его похвала.

На какое-то время они словно вернулись в прошлое, разговаривая о романе, обсуждая сюжет и даже строя планы на будущее. Вера отпивалась чаем после бани, пока не начала клевать носом.

- Пора спать, моя самая талантливая писательница в мире, - улыбнулся Макс, когда она в очередной раз едва не уронила голову на стол. – Тебя совсем разморило.

Едва коснулась подушки, как провалилась в глубокий сон. На губах Веры играла улыбка, и снилось ей что-то приятное и далекое от этой деревни, людей с их вечными болячками и целительства вообще.

Разбудил ее громкий стук. Кто-то колотил во входную дверь. Макс уже, чертыхаясь, пошел открывать, пока Вера пыталась окончательно проснуться.

- Подымай Веронику! - услышала она запыхавшийся мужской голос. - Жена моя помирает.

Глава 13

Она ни за что не встанет. Просто не сможет этого сделать. Свинцовые веки отказывались держать глаза открытыми. Очень далеко она слышала голос Макса. Кажется, он спрашивал что-то у визитера, а тот басил в ответ, раздражая слух Веры истеричными нотками. Оставьте все ее в покое. Больше всего на свете она сейчас хочет провалиться в глубокий сон и проваляться так не меньше суток. Ей нет дела, что у кого-то там проблемы.

- Вера, проснись. – Она почувствовала прохладное прикосновение к щеке. Рука Макса скользнула к шее, задев большим пальцем ее губы. Ммм, как приятно! Вера перевернулась на бок, обнимая руку Макса и прижимая к себе. Только не уходи, твои прикосновения дарят истинное блаженство! – Вставай, моя хорошая. Кажется, там что-то серьезное. Его жена рожает… - Макс тихонько высвободил руку и перевернул ее на спину, удерживая за плечи и слегка массируя их.

Вера приоткрыла глаза. Она на печи, Макс сидит рядом и ласково смотрит на нее, а где-то там топчется чужой мужик, что наглым образом позволил себе нарушить сонную идиллию.

- Я умираю хочу спать, - прохныкала она и снова попыталась отвернуться.

- Нельзя, малыш, - не позволил ей Макс. Он приподнял ее и прижал к себе. Как равномерно и успокаивающе бьется его сердце, а руки согревают спину через тонкую ткань сорочки.