Целительница

– В твоей помощи нуждаются…

- Но я не хочу. – Вера окончательно проснулась и отодвинулась от Макса, умоляюще глядя в его лицо. Как будто именно от его решения зависело, пойдет она куда-то ночью или нет.

- Кроме тебя, помочь ей больше некому. Так что, подъем. – Он быстро чмокнул ее в нос и спрыгнул с печи. – Ловлю, - протянул он к ней руки.

Первым делом, оказавшись внизу, Вера брызнула в лицо холодной воды и только потом посмотрела на визитера. По его бледному и испуганному лицу она поняла, что дело на самом деле серьезное.

Метаморфозы не заставили себя ждать.

- Как давно это началось? - проговорила она не своим голосом, механически натягивая свитер и брюки. Ее ни грамма не смущало, что одевается в присутствии двух мужиков. Да и один из них вряд ли думает об этом сейчас. А Макс… о Максе старалась не думать она. – Кто при ней сейчас?

К тому моменту, как она полностью оделась, Вера выяснила, что родовая деятельность началась еще вечером. К роженице пригласили повитуху. А вот на остальные вопросы мужик, кроме того, что что-то пошло не так, ответить не мог.

- Она такая слабая, что даже кричать уже не может, - это Вера слушала уже краем уха, собирая все необходимое в хозяйственной комнате.

Макс отправился с ними. На ее протесты он заявил:

- Ты забыла, что я теперь твой помощник?

Забыла, но в глубине души порадовалась, что рядом будет близкий человек.

До дома мужика шли минут десять. Вера практически бежала, так что те двое еле поспевали за ней. Какое-то чувство подгоняло ее вперед, не давало расслабиться ни на секунду.

Счет пошел на минуты, и она это отчетливо осознавала.

В комнате роженицы царил полумрак, удушливо пахло потом и кровью.

- Зажгите яркий свет! – с порога крикнула она.

Попади она сюда в любое другое время, непременно бухнулась бы в обморок. Повсюду валялись окровавленные тряпки. Немолодая женщина разметалась на кровати, на лице ее разлилась ужасающая бледность, как предвестник близкой смерти. Казалось, что угрюмая старуха с косой притаилась в углу и только и ждет своего часа.

Постельное белье и сорочка роженицы выделялись ярким алым пятном. Рядом суетилась немолодая повитуха, прикладывая к той тряпку в попытках остановить кровь.

- Когда открылось кровотечение?

- Сильное часа три уж как, - перекрестилась повитуха. – Никогда не видела столько крови. Отходит бедняжка… Родовая деятельность прекратилась.

Вера скинула верхнюю одежду, не заботясь, что та полетела прямо на пол.