Дикая магия. Проклятье "Черного тюльпана" – 2

Не факт, что хоть один из нас двоих доживет до утра.

Может, через час, а может, и через два, рана соизволила затянуться, покрывшись розовыми рубцами. Кожа из мертвенно-белой превратилась в бледно-живую. Я набросила на Карпова нелепый клетчатый плед, обнаруженный в шкафу гостиной, и поплелась заварить кофе. По пути присела на ковер у камина и подумала, что неплохо бы развести огонь…

***

– Маленькая… Девочка моя… Ты…

Закапав слезами мои щеки, миссис Абрамс изобрела новый способ пробуждения. Весьма эффективный, но не сказать, чтобы приятный.

С затекшим всем я валялась на ковре у камина, прижимая к груди колени в окровавленной сорочке. Я не сразу вспомнила, как оказалась на полу и куда шла. А потом подскочила так резко, что голова чуть не оторвалась от шеи.

– Андрей?!

– Живой он, живой… Хоть ему и не положено, – глотая слезы, не выпавшие на участь моих щек, заверила Джулия и загадочно улыбнулась. – Ромул и Артур перенесли его в Академию. Там хоть какие-то снадобья… Иди погрейся в ванну, а я пока заварю кофе.

Было неловко признаться, что я и так чуть не померла этой ночью от страха и тревоги. И отравление дурно сваренным кофе станет верхом несправедливости. Поэтому я выкупалась, переоделась и принялась послушно вливать в себя заботливо приготовленный токсичный напиток.

Глава 2. Избранная жертвой

Первым я победила желание броситься ему на шею, вторым – стремление хорошенько дать по бледной физиономии за прогулку по Румынским Дебрям. Моей внутренней борьбы, впрочем, никто не заметил.

Карпов умиротворенно спал под мерцающим восстанавливающим куполом, умело распахнутым Мари.

Протиснувшись в стрекочущее энергетическое поле, я провела ладонью по небритой щеке. Нужно было убедиться… Теплый. Дышащий. Живой. Мужчина шевельнулся, и я не придумала ничего лучше, чем одернуть руку, выскочить из-под купола и со слоновьим топотом вылететь из больничного отделения.

За завтраком выяснилось, что доблестный профессор Карпов на выходных повздорил с каким-то старым знакомым и получил «колотое ножевое» заклятье в живот.

Чем встреча закончилась для второго парня, не уточнили. Зато учеников попросили проявить терпение и пережить несколько дней без всеми любимых дисциплин. Студенты заглушили речь крестного восторженными проявлениями «сожаления».

Со мной о произошедшем никто не говорил. Только Артур выписал освобождение от сегодняшних занятий, но в Пункт Связи пойти запретил. Объяснять не стал, но я догадалась, что дело в залитой кровью лестнице.