Бывший. Злой. Зеленый

Понимала, что завтра предстоит долгий тяжелый день (а смены никогда не бывают легкими), но не могла заставить себя уснуть. Глаза не смыкались, точно на пружинках — раз, и открывались обратно.

Давал знать тот фактор, что Златон безмятежно дрых в соседней комнате (а я уверена, что его-то здоровому сну ничто не мешало). Он был далеко, но непозволительно близко. За тонкими стенами. Рядом со мной.

Казалось, за восемь лет давно должно отболеть, рассосаться, перестать саднить в груди. Тем более расстались мы некрасиво. Грязно.

Я не смогла бы простить измену никому, даже тому, кого считала самым близким своим человеком.

Долгие годы я собирала себя по осколкам, возрождала из пепла. Меня пугали новые отношения, в каждом мужчине я изначально видела предателя. Отдала всю себя учебе, стала лучшей на факультете, подающим надежды молодым специалистом, которого с руками были готовы оторвать в любой столичной клинике.

А в итоге “молодой специалист” уехал в маленький областной городок, где работал практически за еду.

Ничего, это мой личный выбор. Я о нем не жалела.

Ни за что бы не обратилась к Злату, если бы не безвыходная ситуация. Мне тяжело находиться рядом с ним. Я словно опять становлюсь той доверчивой юной девчонкой, щеки которой загораются краской при виде Златона.

Это опасно… и глупо.

Люди ведь не меняются, орки — тем более.

Нужно помочь его брату, спастись от Виктора — и разойтись. Навсегда.

К его чести, Злат поднялся спозаранку, приготовил подобие завтрака (если считать голый кофе завтраком) и без единой претензии повез меня на работу.

Златон обожал скорость, но я не боялась и не всматривалась панически в полосу дороги, не хваталась за ручку на каждом опасном повороте.

Доверяла ему на подсознательном уровне.

Когда машина Адрона остановилась у больницы, местные сплетницы притаились. Тетки из регистратуры — про себя я звала их филиалом КГБ, ибо всё узнают и всех допросят — высунулись из окон, только бы узреть, кого это возят на таких тачках.

Наш городок хоть и располагался не так далеко от столицы, но уровень жизни здесь был совсем другой. Разумеется, иномарок хватало, как и зажиточных людей — но среди богатеев никто не работал в больничке.

А тут взревел мотор, взвизгнули тормоза — и Злат высадил меня у самого парадного крыльца. Ещё и дверь открыл, помогая выбраться.