Ее темные рыцари

Да? Меня это нисколько не сконфузило, как не смутило и мое раскованное поведение.

— Жар есть? — долетел откуда-то голос Лазаруса.

— Да, и, боюсь, уже под сорок…

— Дело дрянь. Надо спешить.

— Только не превышай скорость. Остановят — потеряем больше времени.

— Сам знаю, — огрызнулся вампир.

А дальше странный диалог моих витязей ускользнул из опутанной сонливостью памяти. Смутно помню, как попала домой. Кто внес на руках в квартиру, тоже прошло мимо сознания. Хотелось пить, но только очень холодной воды, а еще лучше поесть бы толченого льда, чтобы он таял на губах, принося желанную прохладу…

Кровать, в которой я лежала, напоминала лодку, раскачиваемую высокими волнами.

Вокруг плескалась темнота — отяжелевшие веки, перестав слушаться, не хотели подниматься. На пороге бессознательности удерживала только сила воли. Хотелось пить! Но язык не слушался, не позволяя попросить воды. И когда мне предложили ледяной морс, я испытала непередаваемую радость. Только ненадолго. Остро-соленый густой напиток отторгнул желудок — и выпитые полчашки вернулись назад.

— Доигрались — этот способ больше не действует! — произнесла темнота паникующим голосом Руслана.

— Используем другой, — отозвался где-то рядом Лазарус.

— И вернемся к тому, что было до ее амнезии?!

— Давай тогда сложим руки и умрем втроем, — с сарказмом предложил вампир.

— Герда не простит…

— Посмотрим. Жар усиливается, набери ванну.

Прохладная рука легла мне на лоб.

— Не бойся, маленькая, я не позволю тебе умереть.

Хотела возразить, что они не дождутся моей смерти, — и не смогла. Сонливость отобрала последние крупицы силы воли.

Очнулась я от обжигающего холода, который взбодрив, пробудил к жизни. Не успев спросить, что происходит, снова оказалась под водой. Меня топили в собственной ванне! Притом в ледяной воде! А еще кто-то обещал спасти! У-у-у, ироды! Решили избавиться от Гласа-растяпы!.. Наглотавшись водички, перестала вырываться. И поняла, что боль, ломающая тело, отступает.

Блаженные ощущения…

— Температура спадает, охладили достаточно. Вытаскиваем.

Теперь я сопротивлялась, не желая вылезать из воды. Но кто-то жестокий наплевал на мои стремления. И вскоре, завернутая в простыню, я лежала в кровати.

В полудреме без боли и жара почувствовала, как прогибается матрас с одной стороны, а спустя мгновение — и с другой. Беспокойная мысль, что обнимающих рук больше двух, мелькнула в уголке сознания — и тотчас испарилась.