Белая птица и черный волк

Сознание отключилось от боли, а когда вернулось, Йор уже прятался в какой-то пещере, зализывая рану на боку. Терпкий вкус крови на языке показался мерзким.

Из-за него хотелось есть, и это было отвратительно.

«Уже рядом… Я чувствую это!», – убеждал себя Йор. Шанс на их встречу был мал, но он верил, желал верить, что успеет, пока находился в обличье волка. Если нет – придется выживать в теле человека.

Третий день подходил к концу.

От голода и усталости Йор уже не бежал – брел, раскрыв пасть, с которой капала слюна.

Дорога вывела его к сверкающему лунным светом морю. Водная гладь была тихой и светлой, и отражения звезд в ней перемигивались, отражая бескрайнее черное небо.

Йор почти вышел из кустов, чтобы снова наполнить желудок водой, как вдруг уши его навострились, а нос почуял запах близкой добычи. Кажется, она кровила…

Тут черная шерсть на загривке вздыбилась, зрачки стали двумя бездонными колодцами, и клыки, большие и длинные, обнажились. Это был уже не Йор. Это была волчья сущность, что, не терпя голода и усталости, взяла вверх.

«Добыча! Добыча! Добыча!»

Волк бросился из кустов на берег. На коряге, лежащей прямо у берега, сидела белая сова, опустив одно из крыльев вниз. Оно было сломано. Заслышав волчий рев, сова повернула голову, гаркнула…

Но взлететь не успела. Волк вцепился сове в шею, упав с нею в воду.

Звезды, запрыгав на волнах, пропали, и на чернильной глади воды поплыла темно-красная кровь.

В этот самый миг небо прорезали ленты разноцветных огней. Свет их был так ярок, что показалось, будто ночь стала днем.

Йор пришел в себя. Вода в горном озере, лижущая лапы, была очень холодной, но она не шла ни в какое сравнение с леденящим жилы ужасом, который охватил будущего шамана с головы до кончика хвоста, когда он понял, что убил живое существо. Он отпустил мертвую птицу на берег, пятясь назад с прижатыми ушами и поджатым хвостом.

«Что я сделал? Что я сейчас сделал?»

«Не справился. Не сумел. Не понял», – зашептало со всех сторон.

Закрутив головой, Йор увидел, как сотни духов самых разных мастей и вида, сотканные из света звезд, спускаются на землю, скорбно и тихо смотря на него… И на птицу.

Вконец растерявшись, Йор перевел взгляд на распростертый хладный труп.

И перестал дышать.

Белый глаз показал ему то, чего не смогла разглядеть волчья сущность, ослепшая от голода и усталости. Душа этой птицы не была зеленой, как у других животных. Она светилась золотом. Золотом солнца, который был Йору так хорошо знаком.

«Анаи?..