Белая птица и черный волк

Черная жесткая шерсть вздыбилась, пасть ощерилась, и, Йор рыча, и бросился вперед.

Он не рвал когтями, не выпускал зубов – лишь отпугивал стаю громогласным рычанием, да иногда на медведя порыкивал, если тот хотел пришибить кого-нибудь лапой. Не было здесь стороны, которую Йор бы занял. Всем было плохо: и волкам, и медведю. Если бы он не вмешался, смертей было бы много.

К счастью, стая решила не связываться с ещё одним противником, а медведь оказался достаточно рассудителен, чтобы не бить того, кто ему помогал.

Когда волки отступили, Йор обернулся человеком вновь. Рыжий медведь, глядя удивительно здраво, посмотрел на него будто сверху вниз.

«Щуплый, слабый… Но смелый».

Йор опешил. Стало быть, и медведь этот – вовсе не медведь, а человеческая душа, звериный вид принявшая? Тем не менее, как бы он ни старался, догадаться, кто перед ним, не выходило.

«Почто птицу загрыз, рыбья кость?» – низкий, басовитый голос медведя прозвучал осуждающе, строго.

– Вы знаете? – Йор помрачнел. – Я не хотел, клянусь солнцем и небом.

Я Анаи больше жизни люблю. Потому и ищу её душу – чтоб домой вернуть.

«Любишь? – интонация показалась задумчивой. Медведь качнул головой, а потом рыкнул: – …Так и быть. Коль ты здесь прежде срока, лишь бы деву спасти, значит, правда это. Пойдем. Я подскажу, куда дальше идти».

Медведь шел тяжело, грузно – подрали его всё-таки волки. Поравнявшись со своим суровым спутником, Йор приложил ладонь к самой большой ране, зашептал колдовские слова. Рана затянулась почти тут же.

Медведь только фыркнул, даже спасибо не сказал, но всё же было ощущение, что настроение его улучшилось.

«Я удивлен, что на меня ты тоже рычал, – подал голос Медведь. – Ты и их защищал, выходит. Почему так?»

– Ни вы, Медведь-отец, ни волки те – и я в это верю – не виновны в том, что случилось. И вы, и они были загнаны в угол, – покачал головой Йор. – Единственное верное решение – остановиться и отрезвить. Шаман должен уметь разбираться в таких вещах.

Йор грустно усмехнулся, а Медведь промычал что-то невнятное.

– Но кто вы, Медведь-отец? – осторожно спросил Йор, на лобастую морду поглядывая. – Мы не встречались прежде, так?

«Нет, – в низкой интонации промелькнул смешок. – Хотя, честно признать, я надеялся, что успею то сделать при жизни…»

Пока они с Медведем шли по заснеженному плато, прибился к ним странный путник – волчонок белого цвета. Глазки у него были светлые, будто прозрачные, а шерстка пушистая, большая – недавно только родился, верно.