Любовь и полный пансион

– А Юна уж как-нибудь сама… Правда, Юна?!

Его сестра заторможенно кивнула, все еще не спуская с меня испуганных глаз. Быть может, потому что я не шамкала челюстью и бриллианты не оттягивали мне шею, грозя упасть и рассыпаться под ногами?!

- Можно мне с вами?! Ну пожалуйста, мисс Робин! – заныл Патрик. – Вы ведь пойдете в госпиталь?! Возьмите и меня!..

- Робин, можно мне с тобой? – спросила Лилли. – Нас в монастыре учили ухаживать за больными. Надеюсь, что смогу быть полезной!

На это я кивнула – и на ее вопрос, и на нытье Патрика, – после чего поручила Нане присмотреть за тем, чтобы Юна все-таки поела, и напомнила Моне, что той стоит застелить постель для Лилли.

- И вот еще, – я остановилась в дверях столовой. – На всякий случай начинайте готовить и остальные комнаты. Чем Боги не шутят…

Впрочем, я ни в чем не была уверена, но уже очень скоро шагала по дорожке к воротам «Охотничьего Уголка» бок о бок с решительно настроенной Лилли. Если та и страдала от усталости и головокружения, то сейчас либо это умело скрывала, либо ее слабость чудесным образом испарилась.

Девушка выглядела полной сил и решимости.

Впереди нас бежал Патрик, показывая дорогу, хотя в этом не было никакой необходимости. Как тут потеряться, если мы вышли за ворота и сразу же его увидели – Королевский Госпиталь Монрея был всего лишь в трех сотнях метров от «Охотничьего Уголка»?!

Не прошло и пяти минут, как мы уже стояли возле каменного трехэтажного здания с освещенными окнами и распахнутыми дверьми.

На крыльце и прилегающей к госпиталю территории вовсю суетились доктора и маги, стояли те самые подводы с пострадавшими, а еще подъезжали новые, как с пострадавшими, так и с досками и бригадой плотников.

Правда, подвод с ранеными оказалось куда больше, чем тех, которых мы насчитали за ужином, – возможно, они подъезжали к госпиталю по другим улицам. Пострадавших тоже было очень и очень много, и я быстро поняла…

Да, поняла, что во всем этом хаосе с лежащими повсюду людьми – некоторых опускали прямиком на траву, а над ними склонялись встревоженные доктора, маги или монахини… Последние были все в белом и в необычных шапочках, и я узнала в них Сестер Милосердия из Ордена Святой Виргилии…

Так вот, очень скоро я поняла, что здесь и сейчас никому нет дела до наших с Лилли благих намерений.

Но мы не собирались сдаваться – пока моя подруга разговаривала с одной из монахинь, я заметила неподалеку доктора.